Дети уходят из школы, из семьи, из жизни...

За последние 10 лет смертность от самоубийств среди детей и подростков выросла на 100 %. Ежегодно кончают с собой 2,5-3 тысячи детей. Уже в возрасте до 3-х лет 10 % малышей имеют явную психическую патологию. Среди дошкольников лишь у 55 % отсутствуют признаки болезненных отклонений в психике. Среди школьников распространенность нервно-психических расстройств достигает 70-80 %.

Будущее России в опасности!

 Положение детей в России, их психическое и физическое здоровье, их правозащищенность продолжают ухудшаться.

За 1995-1999 годы детское население России сократилось на 3 миллиона 625 тысяч человек. Нормальное течение беременности и родов наблюдается лишь у 20 % рожениц. Каждый пятый ребенок рождается больным или заболевает сразу после рождения. Более одного миллиона детей являются инвалидами.

За время школьного обучения число физически здоровых детей сокращается в пять раз. Лишь 14 % выпускников средней школы могут считаться здоровыми.

Около 2,5 миллионов детей школьного возраста нигде не обучаются (на них падает 40 процентов «несовершеннолетней» преступности), более 2 миллионов детей и подростков бродяжничают, число детей-сирот превысило 650 тысяч, 40 % детей подвергаются насилию в семьях, в школах 16 % учащихся испытывают со стороны педагогов физическое насилие и 22 % - психологическое.

За последние 10 лет смертность от самоубийств среди детей и подростков выросла на 100 %. Ежегодно кончают с собой 2,5-3 тысячи детей.

Уже в возрасте до 3-х лет 10 % малышей имеют явную психическую патологию. Среди дошкольников лишь у 55 % отсутствуют признаки болезненных отклонений в психике. Среди школьников распространенность нервно-психических расстройств достигает 70-80 %. Среди детей со школьной дезадаптацией (нежелание учиться) у 93-96 % выявляются те или иные психические нарушения.

Нуждаемость в различных видах психотерапевтической помощи у сирот, живущих в детских домах, достигает 100 %. Восемьдесят процентов подростков, попадающих в специальные воспитательные учреждения, нуждаются в срочной психокоррекции. Но только 10 % всех нуждающихся получают психиатрическую помощь в государственной системе охраны психического здоровья!

Такие данные привел президент Всероссийской ассоциации детских психиатров и психологов Анатолий Северный, приехавший из Москвы на проходившую в Новосибирске научно-практическую конференцию «Обретенное детство: защита, поддержка, помощь и исцеление».

Чтобы победить врага, его надо знать в лицо

 Проблем, как выяснилось, в области детской психиатрии множество. Первая и самая главная, по утверждению Анатолия Северного, - отсутствие детской психиатрической службы как таковой. Дети до трех лет в принципе не могут получать психиатрическую помощь, так как специалистов, работающих со столь юными пациентами, просто нет. Так же нет и детской наркологической службы. В лучшем случае наркологические клиники и кабинеты рассчитаны на работу с подростками. При этом возраст риска, когда начинают пробовать наркотики - 7-9 лет. Попытки суицидов, требующие немедленного квалифицированного вмешательства психиатров, все чаще случаются у детей дошкольного и младшего школьного возраста.

Специалисты Института физиологии СО РАМН так же, как кандидат медицинских наук Анатолий Северный, ставят проблему компетентности российских педагогов, родителей и медиков в отношении психического здоровья детей, опираясь при этом на выводы своих американских коллег. Крайняя форма душевного неблагополучия ребенка - это агрессия в отношении окружающих (учителей, родителей, сверстников) или самого себя (самоубийство). Американская медицинская ассоциация рекомендует относиться к подростковой агрессивности как к серьезной медицинской проблеме, требующей всестороннего изучения. Чаще психиатры сталкиваются с экстернализирующим поведением или поведением по типу «активность во вне» - это напоминает айсберг, подводную часть которого составляют различные фобии, навязчивые, тревожные и депрессивные состояния. Из ста процентов случаев установленного клинического диагноза родители распознали проблему в 45,2 процентах случаев, решение обратиться за помощью приняли лишь 40 процентов, а получили реальную помощь только 19.

Между тем, согласно данным НИИ физиологии СО РАМН, не менее 5 процентов школьников (или минимум один в каждом классе) страдают гиперактивным расстройством с дефицитом внимания. Это те самые лентяи и бездельники, которые без конца вертятся, отвлекают разговорами соседей по парте, пускают самолетики в классе или глядят в окно, пропуская мимо ушей объяснения учителя. На самом деле это не банальная лень, как убеждены многие, а серьезное психическое заболевание.

Сотрудники НИИ физиологии в ходе своих исследований пришли к выводу, что у девочек чаще встречаются эмоциональные расстройства, у мальчиков - отклонения в поведении. Частота отклонений в поведении - лжи, воровства, прогулов уроков - у российских школьников многократно превышала аналогичные показатели в странах восточной (Китай) и западной (Англия, Новая Зеландия) культуры, в то время, как частота невротических симптомов - тиков, заикания, сосания пальца, обкусывания ногтей - была сходна с соответствующими показателями других стран.

Угроза обществу исходит от лекарств

 Руководитель Новосибирской Ассоциации детских психиатров и психологов Андрей Баянов ставит вопрос об этических и правовых аспектах использования психотропных средств при лечении детей.

Большинство психотропных средств обладают угнетающим действием на личностную, эмоциональную и волевую сферы психической деятельности. Поэтому их бесконтрольное использование в закрытых психиатрических учреждениях стран с нестабильными демократическими традициями может быть своеобразным инструментом, регулирующим гражданскую активность.

Эта проблема становится более актуальной, когда проецируется на защиту душевного здоровья детей. Очевидно, что любое бесконтрольное психофармакологическое вмешательство в процесс личностного роста может значительно изменить профиль социальной активности нового поколения и стать серьезным препятствием на пути к демократии.

«К сожалению, в России проблема профессиональных злоупотреблений и некомпетентности при лечении психотропными средствами у детей является злободневной, - говорит Андрей Баянов. - Нейролептики, транквилизаторы, снотворные и антидепрессанты необоснованно широко назначаются и бесконтрольно используются в интернатах для психохроников, психиатрических клиниках и детдомах. По результатам нашего независимого исследования, не менее 40 процентов детей с поведенческими расстройствами получают неоправданно высокие дозы психоактивных средств в психиатрических клиниках и психоневрологических интернатах Новосибирска».

Щадящий режим
или сознательная ломка личности?

 Еще один не совсем положительный нюанс современной российской детской психиатрии и педагогики подметила детский психолог Новосибирского городского психоневрологического диспансера Елена Медова. Это индивидуальное обучение. С начала 90-х годов количество неуспевающих в учебе школьников неуклонно растет и сейчас составляет от 15 до 30 процентов среди всех учащихся.

На практике, говорит Елена Медова, большое количество таких школьников можно отнести к категории не больных, а педагогически запущенных. Этими детьми никто не занимается. Более того, часто дети, переведенные из обычных условий на индивидуальное обучение, дезадаптируются еще больше, так как становятся изгоями и посмешищем класса и даже школы. А так называемая индивидуализация обучения сводится к тому, что ученики подвергаются давлению со стороны педагогов, их родителей вынуждают, даже шантажируют необходимостью вывода ребенка на индивидуальное обучение. За период с 1995 по 2000 учебный год можно отметить значительный рост количества выданных справок на индивидуальное обучение. В 1995 - 102, в 1996 - 117, в 1997 - 144, 1998 - 175, в 1999 - 321, а за 9 месяцев 2000 года - 289. Можно сказать, что каждый второй ребенок, обращающийся к психиатру, направляется на индивидуальное обучение.

По мнению Елены Медовой, у данной формы обучения есть существенные недостатки. Во-первых, учеба значительно сокращается по времени: количество преподаваемых предметов сведено к минимуму, а общеразвивающие не преподаются вообще. При этом, многим учащимся приходится сдавать экзамены при явно недостаточном объеме знаний. Во-вторых, при индивидуальной форме обучения ребенок выпадает из организованного коллектива сверстников. У этих ребят происходит задержка эмоционального развития вследствие относительной изоляции от сверстников. Очень часто вывод на индивидуальное обучение является способом избавиться от неугодных учеников. В-третьих, нередко дети и подростки, находящиеся на индивидуальном обучении, оказываются безнадзорными, попадают в дурные компании.

Лишь 36 процентов школьников, обучающихся индивидуально, получило от этой формы обучения реальную пользу. В 25 процентах случаев проблемы дезадаптации усугубились, так как «изгнанные» за сложности в поведении из школы дети нашли нишу в обществе себе подобных.

Как защитить детство?

 Вывод из всего вышесказанного детские психологи и психиатры сделали такой: надо в корне менять всю систему защиты детства. Нужна государственная система, предусматривающая психолого-педагогическую помощь детям и подросткам всех возрастов, учитывающая и контролирующая все этические и социальные аспекты современной психиатрии.

И еще один вывод сделал кандидат медицинских наук Анатолий Северный: чтобы снизить количество детских самоубийств и остановить рост наркомании (за 10 лет - в 13 раз, сейчас 10-15 подростков из каждой тысячи страдают устойчивой наркозависимостью), нужно изменить отношение молодежи к жизни. В США, например, проблема наркомании с недавних пор потеряла актуальность. Произошло это благодаря тому, что на протяжении десятков лет американцы вкладывали огромное количество сил и средств в формирование общественного сознания подростков.

Если в 70-е годы идеалом американских юношей был грязный заросший хиппи, исповедовавший «идеалы» свободной любви, куривший марихуану и хронически бездельничавший, то теперь примером для подражания служит преуспевающий бизнесмен в строгом костюме и белой рубашке, который не только не употребляет наркотики, но даже не курит.

«Для того, чтобы кардинально перестроить общественное сознание, необходимо, кроме многих лет и сил, две вещи: позитивную альтернативу; максимально доступную психиатрическую и психологическую помощь», - заключил Анатолий Северный.

Комментарий

 Надежда Болтенко, главный врач поликлиники N 27, депутат горсовета:

- Все проблемы, касающиеся психического здоровья детей, безусловно, актуальны. Но самая актуальная, по-моему, проблема наркомании. Врачи, учителя, представители правоохранительных органов выбиваются из сил, пытаясь остановить процесс наркотизации детского и подросткового социума. Но все оказывается бесполезным. Думаю, это происходит потому, что в России нет четко прописанной государственной программы борьбы с этим злом. Я была в Дании и в Швеции. Там борьба с наркоманией поставлена совсем по-другому.

Нужна, я считаю, специальная строка в федеральном бюджете, выделенная на эти цели. У нас сейчас какие-то средства изыскиваются, но их недостаточно. Вдобавок, они распыляются: немножко таможенникам и милиционерам на борьбу с торговлей, немножко медикам на лечение, немножко социальным работникам на реабилитацию. В результате не хватает ни там, ни там, ни там.

Новосибирскому горсовету вполне реально провести работу по объединению всех структур, призванных искоренять наркоманию. Объединившись, мы получим как больше материальных средств, так и больше профессиональных возможностей. Мы уже начали эту работу, но не успели довести до конца - сессий в нынешнем созыве больше не будет. На мой взгляд, нужно обязательно продолжить начинание.

 Николай Кириллов, директор школы N 87:

- Проблема насилия над детьми, как психического, так и физического, действительно, существует. Хотя в моей школе со стороны педагогов такого не было. Есть случаи насилия со стороны родителей. Бороться с этим явлением достаточно сложно, потому как такие вещи происходят без свидетелей, все скрыто от чужих глаз. Сам же ребенок редко когда признается, что кто-то из взрослых, будь то педагог или родитель, избивает его или оскорбляет.

На мой взгляд, нужна программа на уровне города, в рамках которой и родители, и дети, и педагоги узнавали бы о том, кто на что имеет право и на что педагог или родитель права не имеет.

Хорошая практика - телефоны доверия, штатные психологи в школах. Это нужно всемерно развивать и поддерживать.

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать