Истории осужденных за терроризм зачастую похожи: познакомились с человеком, поговорили о религии – и далее по наработанной схеме. Сперва мелкие поручения: передай записку, отнеси продукты в горы, а потом спрячь в указанном месте небольшой сверток. Молодые люди далеко не сразу понимают, во что ввязались.
– Основная часть, всегда это говорил и наблюдал, молодые люди от 18 до 21, 22 лет. Все, кого я наблюдал, они вот в этом возрасте. Молодость и непонимание. Непонимание и в религии, и многих других вещей, – рассказал осужденный за терроризм Тимур.
Молодые люди всей душой начинают верить, что их дело правое, так что когда приходит время взять автомат и идти на убийство – сомнений не возникает. Лишь оказавшись в колонии и осознав, что там пройдет большая часть жизни, а руки уже по локоть в крови, эти люди начинают раскаиваться.
– Этим деянием я просто себе практически всю жизнь перечеркнул. То, что я страдаю, я об этом ничего не говорю. Я страдаю за то, что я сделал. Но страдают мои родители в первую очередь. Я хочу сказать, чтобы не заставляли своих родителей страдать. Чтобы в первую очередь именно к ним прислушивались, а не ко всяким псевдодрузьям и так далее, – рассказал осужденный за терроризм Анзор.
В колонии строгого режима у бывших терроистов ограничено количество свиданий и передач, у них нет доступа на производство, весь быт на десятки лет ограничен лишь жилым блоком. Кстати, по колониям их распределяют тоже не случайно, два человека осужденных за один и тот же терракт, никогда не окажутся в одном исправительном учреждении. А для того чтобы исключить связь с бывшими подельниками, осужденного отправляют как можно дальше от дома. Эти двое свою родину увидят еще очень не скоро.
