От стены до пекинской утки

26.12.2016

Бытует легенда, согласно которой только преодолевший все переходы этого гигантского сооружения может считать себя настоящим мужчиной. Заметьте, не камень поднять, не бороду отрастить. А пройти пешком по стене. По разным подсчетам, ее длина составляет от двух до восьми и более тысяч километров. Разночтения оттого, что, помимо основного «тела» стены, к ней причисляют множество защитных валов. Стена строилась в разные времена. Местами была разрушена.

Участок, куда сегодня привозят туристов, Бадалин, часть стены в 60 километрах от Пекина, реконструировали и открыли для осмотра относительно недавно, в 1980-х годах, уже при Дэн Сяопине. С началом реформ и политики открытости в Китае стали понимать, что древние достопримечательности могут быть не только частью истории, национальной гордостью и символом величия поднебесной цивилизации, но и местом притяжения путешественников.

Посетить стену стоит относительно недорого — на российские деньги около 400 рублей. Поток туристов велик. Иностранцев много, но больше все-таки самих китайцев. Сюда стремятся семьями, на автобусах, личном транспорте, взбираясь целый день, останавливаясь у башен, завтракая и обедая, освежаясь водой. Говорят, до 40 миллионов туристов в год посещают Великую стену. Скольким из них удается дойти до ее середины, статистика умалчивает.

А подниматься по стене круто. Не в смысле ощущения себя победителем, хотя и это тоже приходит, но после. Стена сплошь состоит из ступеней, местами почти отвесных. Высота некоторых такова, что можно на них сидеть, как на скамье, свесив ноги. Присесть хочется частенько, ибо восхождение неподготовленному покорителю дается невероятно трудно. Как пройти всю стену? Не представляю.

Вот мимо нас вверх легко прошествовали трое юнцов в белой одежде монахов. Нам объяснили: это спортсмены тренируются. Чудо ждало выше: километрах в двух от подножия карабкались старушка и старик. Сухонькие, спокойные. Дышат ровно. Как они сюда добрались? Почти мистика.

И знаете, пожилые китайцы ушли гораздо дальше, чем мы, молодые и здоровые. Группа новосибирских журналистов, приехавших в Китай по приглашению Генерального консульства КНР в Екатеринбурге, сумела достигнуть только второй сторожевой башни из десятка тех, что просматривались в дымке гор. На это ушло часа два. Не потому, что мы шли так медленно. Хотелось каждый камешек рассмотреть, а окружающими видами гор и вьющейся змейкой крепости можно было любоваться и любоваться. Казалось, время здесь потеряло смысл. Ветер освежал голову. А вот в ногах правды не было уже совсем. Они дрожали и подгибались. И не только у нас. Китайцы сами спускаются со стены иногда задом наперед, держась за перила, чтобы не скатиться кубарем.

Некоторые сюда систематически возвращаются, чтобы преодолеть свою стену. Фото Юлии Назаренко

Поднимаясь по ней, понимаешь, что преодолеваешь не стену, а самого себя. Наши экскурсоводы согласились: в этом есть один из смыслов покорения Бадалина.

Порядок прежде всего

На остановках общественного транспорта в Пекине за порядком следят специально обученные люди.

В основном это женщины в ярких жилетах, которые упорядочивают поток пассажиров, помогают пройти в салон мамам с детьми, старикам, инвалидам.

Остановки, что поразило, отделены от проезжей части парапетом. Автобусы останавливаются по правилам: двери напротив прохода между ограждениями. А пассажиры, в свою очередь, входят и выходят строго по указанным стрелочками направлениям.

Вообще, китайцы приучены к порядку. Поэтому двигаться вместе с ними в тесном потоке приятно. А ведь нас тоже в школе учили держать правую сторону на тротуаре. Это же так просто и удобно для всех!

Упорядоченность и организованность, конечно, не спасает в час пик — автобусы в силу дешевизны проезда (от 10 рублей, в зависимости от расстояния, начиная с 12-го километра пути) пользуются большим спросом. Собственно, эти самые дежурные на остановках зарплату получают не зря: в салон не войдет людей больше, чем сможет увезти автобус. В Новосибирске такие дежурные не помешали бы на некоторых маршрутах. Да и парапеты тоже. Сколько жизней было бы спасено!

На остановках общественного транспорта в Пекине за порядком следят специально обученные люди. Фото Юлии Назаренко

Чат в WeChat

Почему в Китае непросто воспользоваться мессенджерами

Первое, что хочется сделать по приезде в Пекин, это скорей поделиться с друзьями фотографиями. Но, увы, нас ждало разочарование: социальные сети оказались недоступны. Интернет-связь есть, а войти в тот же «Фейсбук» не получается. Как так?

И тут мы понимаем: Китай, впрочем, как и Россия, стремится оградить своих граждан от агрессивного влияния западных медиаресурсов, понимая, сколь велика их информационная власть.

Подстегнуло, кстати, заявление Эдварда Сноудена о том, что спецслужбы используют Всемирную сеть, и соцсети в частности, для шпионажа, формирования деструктивных, агрессивных настроений.

Цифровой суверенитет в КНР — не просто декларация намерений, а реальные шаги, начиная от развития собственных информационных платформ до инвестирования колоссальных бюджетных ресурсов в новые медиа.

О тех темпах, которыми развиваются СМИ в Поднебесной, мы пока только мечтаем. Помимо многомиллионных бумажных тиражей, пекинские газеты, как и в целом пресса КНР, имеют сотни тысяч подписчиков в Интернете: с помощью специального приложения читатели листают виртуальные страницы в мобильном телефоне, в планшетах. И эта аудитория растет день ото дня. В Китае понимают, что, если сегодня государство не будет инвестировать в национальные и региональные СМИ, их вытеснит более сильный конкурент, контролируемый из-за рубежа.

Существует ли в Китае информационный голод в связи с отсутствием Всемирной паутины? И да, и нет. Да — потому что все-таки, не зная, что реально происходит за пределами твоего сада, трудно объективно оценить, насколько он надежно защищен. Нет — потому что китайские СМИ генерируют невероятный объем информации не только о событиях в Китае, но и по всему миру.

Как нам объяснили в редакции «Женьминьван» (это неофициальный сайт, в отличие от «Женьминь жибао»), суть усилий правительства не сводится к пассивной фильтрации и ограничению. В КНР через СМИ активно формируют здоровое общественное мнение. В этом также помогают блогеры, развивающие полезные с точки зрения госполитики темы на форумах и в социальных сетях. Не исключение и сайты китайских СМИ, где читатели мобильных и интернет-версий газет или ТВ постоянно включены в онлайн-диалог.

А что касается общения в мессенджере, то совсем не случайно еще перед поездкой в КНР нам посоветовали загрузить в смартфоны китайское приложение для обмена мгновенными сообщениями «Вичат» (WeChat). К нему присоединились и наши новые знакомые в Пекине, и наши друзья в Новосибирске. Один клик, и снимки из путешествия уже дома.

Великая Китайская стена, дворец Гугун, Запретный город, ресторан «Пекинская утка»... Та самая, не попробовать которую, будучи в Пекине, туристы считают почти преступлением. Гастрономическим.

В Китае рассказывают, что в 1970-х госсекретарь США Генри Киссинджер, уплетая ароматную птицу в одном из пекинских ресторанов, так потеплел к КНР, что изменил тональность международных переговоров.

Нас угощали национальным блюдом в одном из известных ресторанов китайской столицы. Здесь МИД КНР принимает президентов и премьеров разных стран. Здесь стараются отметиться звезды кино и эстрады, миллиардеры и прочие-прочие. Отобедать нам предложили за круглым столом, что, в общем, традиционно для гостеприимного Китая: есть возможность видеть собеседника, его глаза. За состоянием своих глаз я уследить никак не могла, очи открывались все шире — сначала от роскошного убранства зала и стола, потом от многочисленности блюд. Их из внутренностей птицы приготовили с десяток и подавали по очереди: сердечки, щечки и так далее.

Венцом приема стала сама утка. Повар представил собственное блюдо, предварительно вручив нам «паспорт» птицы — открытку, на которой указана исчерпывающая информация о конкретной утке: возраст, где выращена, сколько весит, отметки о качестве и так далее. Птица крупная. Пахнет очень аппетитно. Ее одной хватило на 15 порций. Вот такой гигант. Фото Юлии Назаренко

К утке подают несколько гарниров — от огурчиков до неизвестных нам экзотических продуктов. И, разумеется, соусы — куда же без них! А также утиный бульон или суп с водорослями на утином бульоне. Фото Юлии Назаренко

Кусочек утки укладываем на рисовый блинчик. Выбираем гарнир, который, на наш взгляд, подружится с мясом, приправляем кисло-сладким соусом и сворачиваем блинчик конвертом. Можно на его поверхности с помощью палочки и соевого соуса поупражняться в искусстве рисования… А потом только наслаждаться божественным вкусом. Если бы я была госсекретарем, точно сдалась бы на милость этой важной птице. Фото Юлии Назаренко

Опубликовано в газете «Советская Сибирь» №51 от 21 декабря 2016 года