Алкоголем Зоя Никифоровна Левушкина не увлекалась даже в то время, когда работала в цехе розлива спиртного. Зато на 84-ом году жизни легко садится на продольный шпагат и любит вставить крепкое словцо в разговор.

Телевизор «тарабанит» в ее комнате допоздна, уснуть Зоя Никифоровна может в два часа ночи. А в четыре утра она уже на ногах: начинает зарядку с 30 наклонов, доставая ладошками до пола. После упражнений на растяжку идет во двор, обливается холодной водой и растирается полотенцем. С недавних пор берет с собой трость, если выходит за пределы двора.

Зое Никифоровне трудно вспомнить, когда она работала лишь на одной, а не на двух работах.

После седьмого класса Зоя с Кузбасса уехала в Новосибирскую область: две ее сестры жили в Кривощеково.

– Я четыре года танцевала в кружке при доме пионеров, хотела стать балериной. Приехала в оперный, а мне там говорят: «Мы уже набрали 150 воспитанниц, вы опоздали». Этот год я работала нянечкой – сестры пристроили, а потом вернулась в школу.

Но когда девушка училась в выпускном классе, ей снова пришлось бросить учебу: умер отец, нужно было помогать семье.

– Кем и где я только не работала с тех пор! В прокуратуре по делопроизводству, продавщицей, библиотекарем, секретарем, заведующей клубом и фермой, завхозом в роддоме. Проще трудовую книжку показать, чем все вспомнить.         

Если Зоя Никифоровна что-то не умела, то быстро компенсировала это практикой и упорством. В цехе по розливу спиртного за день упаковывала 300 ящиков, содержимое которых сначала пропускала через три ванны и разливала по бутылкам, на которые клеила этикетки.

– Я не хотела туда устраиваться из-за алкашни, но работа есть работа. Всегда вкалывала столько, чтобы моим детям хватало на все. Доставала им книги, отправляла на отдых в Гагры и Севастополь.

Но это не сразу, а когда семья встала на ноги. Три с половиной года молодые жили в землянке вместе с детьми.

– Муж был шахтером, а я – секретарем, тоже в шахте. Потом с коляской ехала в библиотеку, снова работать. Позже мы уже могли позволить себе нянечку, я прибегала домой покормить младенца и возвращалась на работу. Беременная, я одна была ответственной за огромный магазин. У меня уже было огромное пузо, а магазин я не бросала.

Сидячую работу Зоя Никифоровна не любила, но если выбора не было, то соглашалась и на такую. Везде она выкладывалась на сто процентов. Когда была завхозом в роддоме, то поменяла дверь и окна, поставила стиральные машины, забелила плесень на стенах в палатах.

– Ни одного рубля на эти расходы не взяла, а это же ого-го, какие траты! Обошла все магазины, и мне никто не отказал. Старые колеса с водителем скорой притащила, сделала клумбы и деревца посадила. Уже совсем другой вид, и все своими силами.

В 50 лет Зоя Никифоровна не ушла на пенсию:

– Думаю, а что без работы сидеть. Устроилась в котельную. Шесть котлов, все почистить надо. Алкашей разогнала. Стала мастером административно-бытового комбината: молоко шахтерам бесплатное выдавала, термоски с чаем.  Ремонт там сделала, все побелила. Началась перестройка – ни термосков тебе, ни молока. Поеду в Анадырь, наберу колбасы и яиц. Заеду на хлебзавод, где работала раньше: «Девчонки, сделайте хлебушка шахтерам». А оно мне надо? Нет – все не сиделось. Работу я бросила только в 76 лет.

География у пенсионерки богатая: Кузбас, Кривощеково (Новосибирская область), Канск (Красноярский край), Иркутск, Магадан, Анадырь, Гусь-Хрустальный (Владимирская область). Два созыва она была депутатом чукотского автономного округа. Везде женщина чувствовала себя как дома, потому что работала на уют и достаток. В Мошково перебралась только семь лет назад, чтобы быть поближе к дочери.

Наследство от богатой трудовой жизни – привычка быть занятой делами, не сидеть на месте. Даже если грустно, лень и все болит:

– Депрессняки-то и у меня бывают, конечно. Как я с ними справляюсь? А никак. Встаю утром и иду работать, через силу. Дочка Света приходит: «Мама, ну что ты делаешь? Полежи». А что я буду разлеживаться и напускать на себя хандренцию? Я потихоньку траву подергаю, порядок наведу. Щебенку вот заказала, красоту во дворе навела. Так и депрессия проходит.

Активность Зои Никифоровны проявляется не только в труде: до 30 лет она отплясывала на сцене, не беря перерывы на беременность. И пела на концертах, а ее дети сидели в первом ряду. Сейчас бабушка даже полы моет не абы как: совмещает уборку с упражнениями на растяжку.

Эмоциональную подзарядку Зоя Никифоровна получает от общения с животными. Из командировки во Владивосток она привезла домой мышку-альбиноса, из Севастополя – шесть попугаев. Сейчас живет с маленькой собачкой Бусей, которая хвостиком бегает за ней по двору.

Рисование тоже приносит радость пенсионерке: она украсила цветочным узором стены веранды и забор с двух сторон.