Не скажу, что нам приходится легко

Проводя аналогию между построением новой жизни в России и началом новой жизни моей семьи в новом государстве, я нашел, что аналогии тут нет и не может быть. Несмотря на все трудности, которые встречались и продолжают существовать в нашей эмиграционной жизни, - они не сопоставимы с проблемами строительства нового государства (хотя почему нового?).

Слово - читателю

 Привет, Игореха!

Безуспешно пишу тебе письма, на которые не получаю ответов. Вот и решил написать тебе через газету «Вечерний Новосибирск», которую читаю на «Интернете»: глядишь - совесть тебя замучает и ты, наконец, решишься написать мне письмо. Ну а если ты не решишься, так, может, кто-то из читателей «Вечерки» захочет завязать со мной переписку через газету.

Ты, конечно, помнишь, что мой отъезд в США совпал по времени с развалом СССР. Проводя аналогию между построением новой жизни в России и началом новой жизни моей семьи в новом государстве, я нашел, что аналогии тут нет и не может быть. Несмотря на все трудности, которые встречались и продолжают существовать в нашей эмиграционной жизни, - они не сопоставимы с проблемами строительства нового государства (хотя почему нового?).

Не скажу, что нам приходится тут легко. Первые четыре года ушли на то, чтобы вообще определиться - годимся ли мы для нового общества, вписываемся ли мы в него, примет ли оно нас. Вначале пришлось забыть о своем высшем техническом образовании и просто пойти заново учиться - языку и другим наукам. Учился в небольшом колледже (раньше в России подобные учебные заведения назывались техникумами) по 5-6 часов в день, 5 дней в неделю, остальное время подрабатывал где мог. А оказалось, что мог все, что только подворачивалось: работал и плотником, и полотером, работал на фабрике у ткацких станков, развозил пиццу и разные бутерброды. По мере изучения английского языка и приобретения жизненного американского опыта (как тут это называют - экспириенса) квалификация тоже повышалась. К концу четвертого года пребывания в США у меня за плечами уже был приличный «экспириенс», сносный английский и конкретное представление о том, где я смогу применить свои полученные еще в советском вузе плюс американском колледже знания. Но представления представлениями, а найти конкретную работу - это, как говорили в России, «совсем другой компот». Начались поиски работы, что называется, без отрыва от производства.

В то время я работал уже в приличной бостонской компании, которая занималась предоставлением транспортных услуг солидным компаниям и бизнесменам. Работал шофером. Водил лимузины. Это большие легковые машины, от размеров 600-х «мерседесов» до очень длинных (два с половиной 600-х «мерседеса» в длину).

Если ты помнишь, то в Новосибирске весь мой «экспириенс» в этой области заключался в вождении старого грузовичка, когда мы работали в студенческие годы в колхозе на уборке картофеля. Правда, приехав в Америку, я через полгода купил неплохую пятилетнуюю «Subaru» и уже стал неплохо водить машину как любитель. (Чтобы ты не думал, что за шесть месяцев я разбогател, сообщаю тебе, что купил машину я на одолженные деньги. Тут это называется «лоан».)

Так вот, придя в столь солидную компанию наниматься водителем столь солидных авто, пришлось сдать экзамен на знание улиц, достопримечательностей, ресторанов Бостона, нашего штата Массачусетс и прилегающих к нему штатов. Естественно, все вопросы сводились к тому, как добраться из одной точки города или штата в другую. Экзамен сдал, держа под столом толстенный набор карт и путеводителей. Меня взяли, естественно, не за мое «героическое» трудовое прошлое и не за удачное сдувание информации о дорогах из-под стола - просто им остро не хватало водителей. Я полагал, что самое сложное позади - теперь только крути баранку, но...

На работу приходил в черном костюме, белой рубахе, галстуке. Последний раз я так одевался на свою свадьбу в 1972 году. Мне давали первую разнарядку, радиопередатчик, в машине телефон - и я уезжал. Первые недели для меня это был какой-то ужас. Поиск клиента в Бостоне для меня был не легче, чем иголки в стоге сена. Громадный город, сложные развязки - проскочишь - попадешь на скоростную дорогу, а там надо ехать несколько миль, чтобы повернуть обратно. В это время начинает верещать рация, телефон: «Алекс, где ты? Клиент опаздывает на самолет...» Но что касается этой работы, то в итоге я ее все-таки освоил и даже получал неплохие чаевые.

Теперь у меня другая, достаточно интересная работа. Работаю я в компании, которая называется «Financial Times». Возможно, ты слышал о газете с таким названием. Работаю я, конечно, не журналистом, а программистом.

Не буду тебя утомлять излишними жизнеописаниями, возможно, тебе это и не очень интересно. Возможно, что твои собственные проблемы настолько серьезны, что все, о чем я пишу, тебе «до фонаря».

Поэтому закругляюсь. Игореха, может, все-таки, наконец, напишешь мне нормальное письмо? Ну а не напишешь - значит, есть на это причины.

Буду рад, если читатели «Вечерки» помогут моему приятелю отвечать на мои письма. Постараюсь не задерживаться с ответами, расскажу о том, что, на мой взгляд, не только интересно, но и полезно узнать об Америке. Пишите, мы найдем о чем поговорить.

С теплыми дружескими пожеланиями, Шура
Бостон, штат Массачусетс

 P. S. Почему у меня возникла идея написать это письмо? Мне кажется, что обмен мыслями, взглядами на происходящее вокруг нас может много дать полезного не просто для расширения кругозора, а для практических дел.

Поделиться:
Копировать