«В кино привел меня сын»

«В кино привел меня сын»
С понедельника на «Первом канале» начался премьерный показ нового сериала «Попытка Веры». Этот фильм рассказывает о супружеской паре врачей, которые переживают кризис среднего возраста.
В центре сюжета сериала взаимоотношения внутри семьи главных героев, пытающихся найти свой путь к семейному счастью. Роль главного героя Сергея Николаева исполняет Сергей Пускепалис, только что получивший «Серебряного медведя» на «Берлинале-2010» за актерскую работу в фильме Алексея Попогребского «Как я провел этим летом».

Два года назад он удостоился всех возможных российских кинонаград и нескольких зарубежных за роль доктора Маслова в фильме того же режиссера «Простые вещи». А вообще Пускепалис (ученик Петра Фоменко) — главный режиссер Ярославского драматического театра имени Федора Волкова. И в кино, как говорит он, его «за руку привел тринадцатилетний сын Глеб», сыгравший главную роль в фильме Попогребского — Хлебникова «Коктебель»…

Словом, Сергей Пускепалис — известный режиссер (он ставил спектакли в Мастерской Петра Фоменко, в «Современнике», «Табакерке», в Омске, Саратове и т.д.) и прекрасный актер. Как это получилось и главное — как сочетается, рассказывает он в интервью корреспонденту Vogue.

— Фильм «Как я провел этим летом» снимался на действующей полярной станции, а в детстве вы жили на Чукотке. Тот опыт помог вам на съемках?

— И да, и нет. Когда я жил на Чукотке, были другие времена и другие нравы. Мой отец-геолог и его друзья были романтиками, а сейчас приезжаешь туда и чувствуешь, что наступил капитализм. Вот и в моем герое эмоций меньше, а рациональности больше. И его, конечно, раздражает пионерлагерский пыл студента, которого играет Григорий Добрыгин. На Севере надо быть серьезнее, трезвее смотреть на жизнь. С другой стороны, мне было приятно вернуться в эти края. Что такое ностальгия по тундре, я знаю.

— И особенностями климата вас не удивишь.

— Да, хотя мы жили в материковой части Чукотки. На берегу Северного моря я был только один раз, пролетом. Помню, аэропорт был набит людьми, еды было мало, и все ждали отправки на Большую землю. В общем-то, в Билибино, где работал отец, все было так же, как на станции Валькаркай, где снимался фильм. Только комаров больше, а вместо белых медведей — бурые. Зато на съемках я повстречался воочию с белыми мишками. Ничего так, тонизирует. Вообще за три месяца жизни на полярной станции мы все пересмотрели свои взгляды на цивилизацию. Да что там цивилизация, цена сухих носков на Севере возрастает в несколько раз.

— Сын литовца и болгарки — вы кем себя ощущаете?

— Не знаю, никогда не задумывался над вопросами национальности. Одно знаю: я — упертый. Чья эта черта — литовская, болгарская, русская?

— Вы родились в Курске, учились в Саратове, возглавляли театр в Магнитогорске, сейчас работаете в Ярославле. Как семья относится к вашим переездам?

— Теперь уже хорошо. Сын учится в Москве у Сергея Женовача. А жена вьет гнездо в Железноводске. Там красиво, там живет моя мама, да и жена оттуда родом. Собственно, раньше мы просто переезжали с места на место с походным рюкзаком, но пару лет назад решили бросить якорь и выбрали Приэльбрусье.

— Почему не Москву?

— Я не понимаю, как можно жить в Москве. Работать — да, но жить надо с видом на горы. Мы в Железноводске общаемся с друзьями, гуляем в парке, любуемся красотами — в общем, ведем буржуйский образ жизни, совсем как в рекламе. Правда, бывает это не так часто. Да, желание быть всегда рядом неизбывно, но мы понимаем, что жить на расстоянии иногда лучше, чем видеть друг друга двадцать четыре часа в сутки. Может быть, я говорю крамольные вещи, но наши чувства от разлуки только обостряются. А как, по-вашему, живут жены капитанов дальнего плавания? Непросто, но интересно. Другой вопрос, моя жена не рассчитывала, что выходит замуж за капитана дальнего плавания. Так ведь и я на это не рассчитывал, но, видимо, сказались отцовские гены — меня одолела охота к перемене мест.

— Как вы отнеслись к решению сына стать актером?

— После первого показа в ГИТИСе — положительно. Сначала я думал, что он просто ничего другого не умеет, потому и поступил на актерский. А сейчас вижу, что он горит учебой: возможно, это его призвание.

— Почему вы избегаете съемок в кино?

— Все-таки моя основная профессия — режиссура, и я с большой опаской захожу в кино. Для меня каждая роль — это история, связанная или с режиссером, или со сценарием. В кино я вообще попал благодаря сыну. Он снимался в фильме «Коктебель» у Бори Хлебникова и Леши Попогребского, а так как в плохие руки я своего ребенка не отдал бы, то, познакомившись сначала с Борей, а потом с Лешей, мы быстро подружились. И в свой первый самостоятельный фильм «Простые вещи» Леша позвал меня сниматься.

— Чем заманивал?

— Работой с Леонидом Броневым и ролью доктора, переживающего кризис среднего возраста. А в картину «Как я провел этим летом» он затащил меня словом «тектонический». Мне понравилось, что это история без дураков: человек живет без подпорок цивилизации, он предоставлен сам себе, противостоит природе, обстоятельствам, собственным страстям — все серьезно. Вот я и решил испытать, каково это. Кое-что, похоже, понял.
Материалы на эту тему
Поделиться:
Копировать