Проблемы Ини: можно ли их решить?

Общественность, вроде, озабочена, местная власть — тоже. Средства на водоохранные работы выделяются, кое-чтоконкретно делается. А качество воды в Ине все хуже и хуже.

Переменчивый характер реки и… власти

О спасении реки шла речь на выездном заседании президиума областного совета Новосибирского союза научно-инженерных организаций в селе Киик Тогучинского района

Пригород Новосибирска (река Иня)

У воды и ее младших дочерей — рек — характер, как известно, неустойчивый. Но некоторые из них не меняют свои привычки и русла веками (кто не знаком со старицами Оби?), а отдельные «струящиеся существа», особенно под воздействием техногенных процессов, могут изменить свой норов за несколько десятилетий или даже лет.

Такова, в частности, Иня — одна из жемчужин Западной Сибири. Не дай Бог, нам придется когда-нибудь сказать — в прошлом. Потому что пока ее судьба раскручивается по известной печальной спирали, уходящей вниз: от живительного источника до канализационного стока.

Общественность, вроде, озабочена, и уже второй раз за последние несколько лет здесь состоялось выездное заседание вышеупомянутой уважаемой организации. Местная власть — тоже. Средства на водоохранные работы выделяются, кое-что конкретно делается. А качество воды в Ине, как отмечают специалисты-эксперты, все хуже и хуже.

Один из участников встречи в Киике — руководитель Верхне-Обского бассейнового водного управления Николай Нечай — с трудом подавлял эмоции — по должности положена сдержанность. Перечисляя исследовательские работы, проведенные на Ине в последние годы, он отмечал, что чрезвычайно переменчивый характер федеральной власти то и дело перечеркивает выполненную работу и, в сущности, нередко делает процесс мониторинга состояния реки бессмысленным. Почти ежегодно меняется структура управления водным хозяйством. И тенденция такова, что, все больше централизуя управление, власть, тем не менее, как бы отдает на откуп местным структурам судьбу многих водобалансовых вопросов, а уж что касается малых рек — это уж точно. То есть, если реки и меняют свой вектор, то власть это делает намного круче, и говорить о какой-либо стабильной политике в водном хозяйстве пока преждевременно.

До Бога далеко, а река рядом

Почему данное заседание проходило именно в Тогучинском районе? (Состоялось оно, кстати, во многом благодаря настойчивости председателя общественного экологического фонда «Обское море» Владимира Битюкова.)

Село Кия мало того что на Ине расположено. Именно здесь река в последние годы стала показывать свой норов, и ежегодно по нескольку метров берега начали обламываться и исчезать в ее водах: опасность стала угрожать единственной дороге и прилегающей улице. И несколько лет назад тогдашний председатель Тогучинского районного комитета природных ресурсов и охраны природной среды, как говорят, большой энтузиаст, Владимир Выжутович забил тревогу, привлек внимание к проблеме своего давнего товарища Владимира Битюкова, потом председателя областного совета Союза НИО Юрия Харламова, потом вместе они дошли до областной администрации, и вот свершилось: «Запсибгипроводхоз» выполнил проектные работы, и строительная организация, выигравшая конкурс, близка к завершению работ по укреплению берега.

Коротко суть проекта такова: специальным каналом спрямить русло реки, разрушительную часть потока отрезать дамбой, привести в порядок берег.

И тут строителей ожидала еще одна затаенная боль берега: когда-то здесь располагалось кладбище. А селу Киик уже почти пять столетий. О старом кладбище и думать забыли. Но вот когда начали землеустроительные работы, в воду посыпались кости… Главный инженер «Запсибгипроводхоза» Владимир Захаров дал команду приостановить в данном месте работы. Но берег все-таки в Киике выровняли, до зимы его укрепят бетонными плитами, и, глядишь, здесь со временем возникнет некий «оазис цивилизации», а то и набережная.

В общем, участники выездного заседания увидели, что можно, оказывается, что-то конкретное сделать на реке и без помощи Москвы. Цена вопроса в данном случае около 30 миллионов рублей. Кое-кто говорил, что можно было бы эти деньги и на новую, допустим, технику истратить или новые дома построить. Но вряд ли это бы решило проблему излучины и перспективы развития села. Живут, работают здесь несколько сот человек. В местной очень приличной средней школе действуют все 11 классов, всего свыше 130 ребят. Живо древнее село, а это главное.

Всё для человека?

Как мы вообще ныне понимаем этот лозунг — все для человека, все во имя человека?

К сожалению, чаще всего мы склонны трактовать свое относительное человеческое могущество, в том числе и власть над природой, исключительно своекорыстно. Если для человека — значит брать, брать и брать от природы ее богатства, пить и пить ее красоту, которая для нее, природы, как кровь. Выпьем совсем красоту (бетонные набережные — это все-таки эрзац), ничего не будет, не только рыбы, на что пожаловался глава местного муниципального образования Владимир Макаров. Иногда вода в Ине становится красной. Но это не кровью наполняются ее берега, а, как предполагают местные жители, идет очистка котлов на Беловской ГРЭС. Какая уж тут рыба?

Руководитель Центра гигиенической экспертизы НИИ гигиены, доктор медицинских наук Евгений Трофимович назвал (снова приглушим эмоции) недопустимыми цифры заражения вод Ини от свинца до лития.

Веревочка-то, собственно, вьется от Кемеровской области: десятки промышленных предприятий сбрасывают свои, правда, мало-мало очищенные стоки в Иню.

(Здесь позволим себе некоторое ностальгическое отступление. Автору этих строк в 1962 году довелось ночевать на берегу Ини близ Первомайки в палатке с товарищами и, естественно, подругами. Мы черпали и пили воду прямо из реки.

Пятнадцать лет назад мы с сыном-мальчишкой и другом предприняли путешествие по Ине на резиновых лодках. Красоты реки и особенно ее излучин запомнились на всю жизнь не только мне. Но когда мы кипятили воду на костре для приготовления еды, то приходилось сбрасывать ложкой из котелка какую-то пену, которая превращалась в странные шарики наподобие черной икры. Не думаю, что кто-то сейчас отваживается варить на инской воде вообще.)

Как отмечают специалисты, руководствуясь исследованиями, вода в Ине отравлена двумя способами. Техногенным, через промышленные сбросы и стоки с загрязненных участков поймы, — это лишь половина беды. И чрезмерно активной жизнедеятельностью человека по ее берегам. Тут львиная доля биологических сбросов на совести дачников. Если вы проедете вдоль берега в районе той же Совхозной или других железнодорожных станций, вы увидите, что берега как такового во многих местах просто нет. Грустно это видеть: как будто местные власти не знали и не знают, что такое водоохранная зона.

Где-то в Тогучинском районе экологические отряды ребятишек мусор по берегам собирают, а старшие дяди и тети ниже по течению используют речку в качестве мусоропровода…

Я к вам пишу…

Предложений по спасению Ини было несколько. Предлагали писать в областной Совет, с тем чтобы наши депутаты наконец достучались до кемеровских коллег и была выработана совместная программа по очистке реки. Предлагали писать губернатору Кемеровской области Аману Тулееву, надеясь пробудить в нем реальное желание помочь делу. Говорили, что надо бы и Правительство России поставить в известность, а то, мол, Закон о местном самоуправлении разработали, утвердили, а под закон — ни копейки на водоохранные мероприятия…

Протокол составили. В очередной акции общественников поставлена «птичка». Очень хочется надеяться, что не для «галочки», что власть услышит голос общественности.

Мучит один вопрос: если соберутся в том же составе еще через три года, что изменится и в какую сторону? Может, тогда будем констатировать уже засыхающий по берегам кустарник и отсутствие травяного покрова? Пока становится только хуже. Это не сгущение красок, не драматизирование ситуации. Это голый факт: Иня становится все более «голой» и пустой. Цвет сибирской жемчужины меняется. Каким он будет через несколько лет?

Поделиться:
Копировать