Порча

Пять лет назад на одну среднюю взятку можно было купить тридцатиметровую квартиру среднего качества, через четыре года — апартаменты далеко за двести квадратов.

Заметки с прошедшего в Новосибирске заседания круглого стола по противодействию коррупции

Считать, что взяткой исчерпывается такое зловредное явление, как коррупция, значит очень его сужать. Ведь даже само скрежещущее слово в точном переводе с латинского обозначает не только подкуп, но и порчу. Порчу государства, управления, морали, нормальной человеческой психики, наконец. Люди как-то обыденно уверены, что «не подмажешь — не получишь», «надо дать», «все берут». На уровне повседневных забот размах мздоимства столь велик, что в массовом сознании сложился стереотип: без «стимулирования» чиновника, врача, преподавателя в вузе, сантехника ну ничего не решить.

Рисунок Игоря ЕЛИСТРАТОВА

Бытовая коррупция, конечно, не разрушит экономику, но зато принимается, как норма поведения, а заодно создает у людей или создала уже устойчивое мнение о власти продажной, неэффективной.

По данным Фонда ИНДЕМ, среднего размера «бытовая» взятка составляла в позапрошлом году 2780 рублей, на тысячу больше, чем четыре года назад. Но истинных масштабов коррупции рядовой дающий и принципиально не дающий представить себе не может. В деловой коррупции, когда преследуются крупные экономические интересы, по данным того же фонда, размер мзды сопоставим со стоимостью квартиры. Пять лет назад на одну среднюю взятку можно было купить тридцатиметровую квартиру среднего качества, через четыре года — апартаменты далеко за двести квадратов. А теперь вдумайтесь: по экспертным оценкам, на самом деле выявляется и регистрируется лишь около одного (!) процента преступлений коррупционного характера (данные из доклада Общественной палаты, декабрь 2006 года). Так что эмоциональные определения российского мздоимства, как гидры, спрута, можно считать довольно мягкими…

Не случайно наш президент только что создал Межведомственную рабочую группу по борьбе с этим злом. Ратифицирована и 1 марта стала действительной в России «Конвенция ООН против коррупции». Именно в этот день и в Новосибирске прошло заседание круглого стола «Государственная политика в сфере противодействия коррупции (региональный аспект). Проблемы и пути их решения». Инициаторы — фракция «Единой России» в Госдуме, региональное отделение партии, администрация области, мэрия. Обсудить острую проблему собрались депутаты, первые лица правоохранительных структур, федеральных ведомств, чиновники, ученые, юристы, представители сферы образования…

Законы против гидры

Спросите у своих знакомых, что надо делать против «гидры коррупции». Ответят по-разному: ужесточить наказание, принять суровые законы, вычистить ряды правоохранителей и судейских, сократить число чиновников, учитывать не их доходы, а расходы… Все правы, но все предложения так и остаются отдельными мерами, без весомого результата. Если размах зла угрожает национальной безопасности, то путь один — преодоление бессистемности, то есть наступление, как на войне — по всем фронтам. От антикоррупционной экспертизы законов до ужесточения наказания против государственной службы, от кодекса этики госслужащего до восстановления кадрового резерва, от равенства всех перед законом и судом (немало еще лиц, более равных, или неприкасаемых) до правового просвещения людей… Все проблемы, затронутые за круглым столом, слишком обширны для газетной статьи. Коснусь лишь некоторых высказанных мнений и мыслей.

Валентин Бобырев, заместитель председателя Комитета по безопасности Государственной думы:

«Коррупция — общественно опасное явление, выражающееся в противоправной деятельности физических лиц, носящей характер продажности и/или подкупа, а равно в ином противоправном использовании публичным должностным лицом своих полномочий и статуса, направленных на незаконное принятие имущества, услуг, преимуществ или иных выгод». Это формулировка из проекта Федерального закона о противодействии коррупции, он должен быть вскоре принят. Среди приоритетов закон о лоббизме, ответственность за «протекционизм», «взносы на выборы»… Необходима обязательная независимая правовая, антикоррупционная экспертиза новых и действующих правовых актов, чтобы исключить нечеткие неоднозначные формулировки типа «вправе», «может», «не исключено«. Если ответственность может наступить, то пусть и наступает. Например, в новом законе о конкуренции экспертиза выявила четыре коррупциогенных (такое вот словечко) момента — возможности для злоупотреблений. Или в законе о приватизации, в котором прописано, что продажа акций может происходить по правилам организаторов торгов. Противоположный пример: хорошо проработанный закон о поставке товаров, услуг для государственных и муниципальных нужд, вступивший в действие в прошлом году, сразу принес сто миллиардов рублей дохода. Необходимо возвращение конфискации, как дополнительной меры наказания, увеличение штрафов в разы. Если должностное лицо или его родственники имеют суммы на счетах в банке, то государство должно знать, откуда они, так сейчас заведено в Италии. Депутаты Госдумы и члены их семей обязаны будут ежегодно предоставлять сведения о своем имуществе, а занятие бизнесом, коммерческой деятельностью должно повлечь досрочную отставку…»

Наказания с понижением

Иван Семчишин, заместитель Генерального прокурора РФ по Сибирскому Федеральному округу:

«В Сибири, весьма привлекательной для инвестиций, должным образом не ведется реестр имущества и его оценка, что особенно важно сейчас, когда грядет приватизация крупнейших объектов. Счетная палата выявила занижение стоимости одного предприятия на сто пятьдесят миллиардов рублей! В округе в этом году выявлено коррупционных преступлений на двадцать процентов больше, чем в предыдущем, но проверка прокуратуры показала явные приписки. Осуждены или находятся под следствием крупные должностные лица в Омске, Томске, в Республике Алтай, в Кемерове. Но суды не всегда адекватно оценивают вину: к семи годам за взятку осужден крупный чиновник, но Верховный суд переквалифицировал его действия на мошенничество и снизил меру наказания до двух лет. В Тыве из тринадцати взяточников реально осужден один. Судьи редко применяют такую меру, как запрет на занятие должности.

У нас не приживается «принцип одного окна«, и предприниматель, любой гражданин бесконечно ходит к чиновникам за справками. Произвол и коррупция начинаются не тогда, когда в открытую или намеками вымогают, а когда начинают гонять по инстанциям, требуют всяких согласований. Потому необходимо скорейшее введение административных регламентов, сокращение количества чиновников, декларирование ими доходов и механизм проверки достоверности сведений об имуществе…»

Владения не по доходам

Татьяна Щербань, заместитель руководителя Управления Федеральной налоговой службы по Новосибирской области:

«На нашу службу законом не возложена поверка деклараций по доходам государственных и гражданских служащих. Кто этим занимается? Мне ничего не известно. (И занимается ли вообще кто-нибудь? — Авт.) Мы проверяем лишь по запросам — депутатов, администрации области, квалификационных коллегий судей, допустим, когда кого-то повышают по службе. Или кандидатов в депутаты в выборных кампаниях. Примеры всякие. Один из претендентов в депутатское кресло при заявленном доходе в тридцать пять тысяч имел две квартиры, земельный участок и пятнадцать грузовых и легковых машин. Из девятисот граждан, проверенных два года назад, у сорока процентов имущество не соответствовало заявленным в декларации доходам. За два месяца этого года около ста человек проверено, двадцать процентов несоответствий. Было бы более действенно, если бы на нас или другую службу законом возложили обязанность по проверке деклараций госслужащих и за несоответствие была бы ответственность…»

Масло и песок

Алексей Осипов, профессор, заведующий кафедрой управления и права Сибирской государственной геодезической академии:

«Коррупцию исторически и образно можно рассматривать как масло и как песок. Первый взгляд: обычай платить за услуги способствует большему числу сделок в короткие сроки, а значит вроде бы увеличивает общее благо. Второй: чиновники заинтересованы в искусственном создании барьеров, чтобы возрастал спрос на взятки. Коррупция — это антисистема, если она развилась, лечить ее сложно. В США потребовалось сто двадцать лет при развитой демократии, да и то не долечили… Нам надо поменьше кричать и настроиться лет на двадцать вперед. Нужна не трансплантация мирового опыта, а выращивание своего. Одна из мер — отказ от расширительного толкования презумпции невиновности должностных лиц, если речь идет о коррупционном преступлении. Чиновник сам должен доказать, что он честен«.

***

…«Откос» от службы в армии, «откаты» чиновникам как плата за привлечение «своих» фирм для работ, поставок, назначение на должности за коррупционную ренту, заказные банкротства, квоты за взятку — далеко не полный коррупционный спектр… Похоже, действительно всерьез начинается война против коррупции, системное и постоянное противодействие гидре, как стратегическая задача государства. Так по крайней мере показалось нашему корреспонденту на заседании круглого стола. Распространение коррупции во все сферы нашего быта и бытия зашло столь далеко, что на кону, как говорится, судьба последующих поколений. И это реальность, а ничуть не преувеличение для красного словца…

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать