На проспекте трех дворцов

Эх, «Богданка»! Куда ж подевался твой столичный лоск? Твоя минатомовская солидность? Чопорные, с подчеркнутым самоуважением несущие себя твои жильцы - куда они запропали? Подосели элитные дома. Пооблупились фасады. Бурьян торчит из щелей отмостков и фундаментов, как седые волосы из ушей и ноздрей неухоженного старика...

Когда «зазвенел» металлолом

Дк им. Горького - история и современность. Фото Сергея ПЕРМИНА

 Эх, «Богданка»! Куда ж подевался твой столичный лоск? Твоя минатомовская солидность? Чопорные, с подчеркнутым самоуважением несущие себя твои жильцы - куда они запропали? Подосели элитные дома. Пооблупились фасады. Бурьян торчит из щелей отмостков и фундаментов, как седые волосы из ушей и ноздрей неухоженного старика. А ведь еще в семидесятых какой-нибудь среднеарифметический работник «восьмидесятого», только под одеялом собственной жене осмеливавшийся произнести загадочное слово «твэл», мог на честно заработанную получку и «Волгу» приобрести, и построить дачку с видом на Инюшку, и дочку обучать игре на фортепьянах... И неужто двадцать - тридцать лет спустя и «энзэхэковских» производителей «мирного атома», и вкалывавших на «космос» вдохновенных творцов НПО «Север» символизирует вот этот самый пенсионер с кирпичного цвета ядерным загаром? Сидит он себе на базарчике неподалеку от ДК им. Горького, на другой стороне проспекта, - и торгует брусникой. Трехлитровая банка - 90 рублей. Двухлитровая - 60. А вот эти старушки с чесночком, укропчиком, огурчиками - что-то вроде снятой с «конька» многоколонного дворца аллегорической тетки, у которой чего-то там отвалилось и чуть не упало кому-то на голову. При мысли о том, что вот эти дары грядок, возможно, выращены на огородах теснящегося на проспектовых задворках «кулацкого поселка», рука, как от горячего, отдергивается. И от кабачков, похожих на виденные на картинках «ляльки», сброшенные на Хиросиму и Нагасаки. И от раскаленных, как огнедышащее нутро чернобыльского реактора, помидорчиков, дозревших в сибирском пиме. Известно же, что когда дотошный эколог, взявшийся составлять радиационную карту города, обошел со счетчиком Гейгера прилегающий к «химконцентратам» частный сектор, то обнаружил много чего «звенящего». Подобранные на помойках «отходы производства» (где кусок железа, где еще чего) сгодились в хозяйстве... Сараюшки, гаражики ли из этого сырья городили-мастерили или кухонную утварь и самогонные аппараты? Тут уж всего не отследишь. Расползлось...

Наверно, я радиофоб. Но, глядя на ту же бруснику в банках, почему-то невольно призадумываюсь о круговороте ракетного и ядерного топлива в природе... Известная всему Новосибирску стародавняя байка про посетивших наш город японцев гласит о том, что, доехав до Сухого лога, откуда начинается «Богдашка», заволновались потомки самураев, потому как карманные счетчики у них просто с ума посходили, разглашая наши атомные тайны. Легенды об онкологических больных, в прошлом - работниках НЗХК, о неожиданно умершем молодом начальнике, о том, что, дескать, неспроста «Богдашку» утюжат поливальные машины - пыль радиоактивную прибивают, - они все в новых и новых вариациях «аранжируются» уже не на интеллигентских кухоньках, а на околоподъездных скамейках, вблизи многочисленных пивных точек, в «бистро» и кафе под зонтиками. Долго молчавшим хочется выговориться... И кто тут отделит правду от фантазии или «глюков» нюхача? Сущим «глюком» выглядит на сегодня и то, что вот этот в свое время пышно расцветший социально-культурными благами, упирающийся в заводской забор «прешпект» мыслился когда-то чем-то вроде «эталона будущего». Примера для подражания. И по столичным стандартам организованное магазинное обеспечение, и архитектурный декор, и бетонно-стеклянный гимн спорту. Ну и хоккейная команда на содержании, которая, как видно, должна была символизировать не сокрушаемое никакими лучами Беккереля здоровье советского человека... Может быть, все это приснилось «алкашке», валяющейся у входа в питейное заведение? Как и территория где-то тут располагавшегося бериевских времен лагеря, в котором «тянул срок» придумавший Жаконю и Бибишку сказочник Юрий Магалиф. А реальность - это перешагивающий через алкоголичку «качок», подруливший к крылечку уютного ресторанчика на иномарке. Порожняя бутылка продукта, с помощью которого выводится радиация, и могучий сон свидетельствуют... Ежели не забывать о своевременном и каждодневном опроцедуривании водочкой, то можно и «ракового корпуса» в горбольнице избежать, и дожить до лет преклонных...

Здесь были «звезды»

У «Богданки» есть свой стиль. Фото Сергея ПЕРМИНА

 Из красящих это место дворцов - ледовый Дворец спорта «Сибирь», называемый в народе ЛДС, видимо, самый авангардный и устремленный в будущее. В городе нашем он единственный и неповторимый. Не то что в Миннеаполисе, где 18 катков. Даже в «Кузне», так спортсмены и тренеры называют Новокузнецк, четыре крытых катка, поэтому нет такого столпотворения в очереди на лед. Директор МУ ЛДС Виктор Николаевич Апанович показал график, в котором все расписано по минутам. С недавних пор «химконцентраты» уступили дорогостоящее сооружение мэрии. С тех пор, как ЛДС перестал быть цехом завода, зарплата сотрудников заметно «упала», зато удалось залатать кровлю. В прошлом сапер и «эмчеэсовец», Апанович мыслит весьма уместными для ситуации с отпавшим от атоммашевской кормушки учреждением спорта и культуры категориями спасателя и специалиста по обезвреживанию взрывов. А не превратить собственную деятельность в нечто вроде «сюжетов» устава караульной службы помогает природное чувство юмора...

Разговор с тренером-преподавателем Василием Ивановичем Нечаевым о его сыновьях, о жизни и спорте - у борта хоккейной коробки. Младший сын Иван - хоккеист. Старший сын Нечаева Антон - тоже. Весь свет объехал. Последнее время играл в Финляндии, сейчас в Питере живет.

- Да когда ему было о выпивке, наркотиках думать! Он то на тренировках, то на сборах! - с гордостью говорит отец о сыне.

Может, оно и к лучшему, что хоккеисту теперь не надо числиться на заводе. А то ведь ерунда какая-то получалась - звезда «ледовой дружины» получала зарплату «скромного труженика».

...Понимая, что искусство и культура дело тонкое, Виктор Николаевич Апанович все же отдает себе отчет и в том, что, зазывая на концерты рок-звезд, нужно держать ухо востро - смекать, на каком мероприятии и 20 милиционеров хватит, чтобы держать ситуацию под контролем, а на каком и две сотни блюстителей порядка не помешает. Во время гастролей рок-групп и поп-звезд всякое бывает. И обнаруженную в туалете девицу со шприцем в вене приходилось откачивать. И (еще бывшей администрации ЛДС) разбираться по поводу неадекватных действий милиции, когда кого ни попадя из обпившихся пивка тинейджеров отходили резиновым дубьем... Ну, что поделаешь, коль вот такая она теперь - «культура»! Сюда ломятся потусоваться, оторваться, побесноваться в толпе, выбрасывающей навстречу кумиру в ликующем зигхайле руки с пальцами-рожками... Это - отдушина. Это - клапан. Коррида для выплеска избыточной агрессии...

А вот когда какой-нибудь кикбоксинг демонстрирует чудеса мускулов и кулаков - порядок идеальный. На ринге хлещутся, а в зале все спокойны, сдержанны и даже по-государственнически респектабельны...

Спонсоры-организаторы сих действ платят ЛДС «по муниципалитетскому прейскуранту» 40-50 тысяч. Вообще, если прикинуть, сколько чего что стоит в ЛДС, невольно накатывает ностальгия по «бесплатным» временам... Скажем, одна «стеклина» из восьмимиллиметрового поликарбоната стоит сегодня 20 тысяч. Так что если какой-то чересчур разнеформальничавшийся тинейджер вызвезданет - родителям тяжко придется с расплатою. Машина для заливки льда «потянет» сегодня на 85 тысяч рублей. Одна только хоккейная коробка - по европейским ценам в 150 тысяч баксов...

Дворец вальсов и его окрестности

Возрождение православия. Остановка «Учительская»
 Было дело. «ВН» сообщил о том, что на улице Богдана Хмельницкого строится «дворец вальсов». И тут же последовала партийная директива из столицы: «Безобразие! Людям жить негде, а они дворцы для танцулек строят!» Такая предыстория заведения, названного кафе «Отдых», памятного «аэродромными» масштабами, антресолями, горячительными напитками, охладительными салатами и девушками-хохотушками, готовыми без меры потреблять шампанское и танцы-манцы... Потом вдруг в чертоги «дворца вальсов» вселился базарно-ярмарочный рой. Затем выселился. Следом учреждению была возвращена его первоначальная функция. Да и что за «Богдашка» без «Отдыха»? Правда, кроме «Отдыха» здесь неподалеку и ресторан с китайским колоритом и зазывными фонариками, и гостинично-ресторанный комплекс «Восток» с деревцем на башенке для местного Карлсона, и много еще чего... Потому, видимо, время и диктует - реконструироваться, улучшаться... Минуя гостеприимно распахнутые двери, натыкаешься на мешки с цементом, яркое, как крылышко бабочки, панно, грохот строительно-ремонтных работ...

Зав. по творческой части Марина Плеханова (она же и пом-реж) обещает звонящим по телефону жильцам близдребезжащих стеклами домов посодействовать в умалении громкости музицирования выносного кафе. Туда-сюда шныряют вольные каменщики и плотники-работники, красиво припорошенные пылью новостроек шоу-бизнеса. Навстречь им залетными мотыльками - танцовщицы-девушки... Ах, эти девушки! О, надувающийся джазом диксиленд! Эх, пьянящий коктейль «музыки для толстых» с юным порханием. Бодряще-возбуждающая смесь коньяка и пива! Девушки - просто стон «стареющего юноши в поисках кайфа»... А здесь, как сказала Марина, в том числе и, хм, - эротика...

Но подавляю в себе пошляка-Гумберта. Любуюсь, примеряя к каждой из Лолит багетовые рамы произведения искусства. Философически размышляя о том, что торжество артистизма с эротизмом в противовес хроническим заболеваниям, преследующим тех, кто облучился, крепя ядерную мощь родины, усиливая могучую эрекцию ее ракет, - это ведь пре-е-красно, господа! Расслабившись в кожаном кресле, внимаю:

- Рок-н-ролл, вот, правда, мы не приглашаем! Ну а Балахнин играет, но публика у нас, сами понимаете - ей не до интеллектуальной музыки. Поэтому и Балахнин вынужден играть попсу...

На корпоративных вечеринках повечерять - хлебом не корми наш столицесибирский бомондик. Горазды на светские затеи диджеи Рома и Артур, главный режиссер Андрей Степанов, балетмейстер и его жена Тамара, «сибирский соловей», тенор и закулисный хохмач Игорь Пашиев, два гитариста и флейтист, фамилии которых уже не упомнишь, группы «Лотта» и «Зеленые дельфины»...

Не слишком многолюдна бывает «Богдашка» вечерами, но сюда съезжаются со всего города те, кому красиво жить - не запретишь...

Украсившие проспект скульптурами в «таллинском» стиле архитекторы-художники как раз и руководствовались вот этой подспудной тягой к красивой жизни. Утонченно-одухотворенные медные фигурки Поэта, Клоуна, Доктора должны были создавать настрой, предрасполагающий к романтичной медитации... Но темной ночью охальники «свернули шеи» всему этому изяществу, сплющили в медный комок и свезли в неподалеку притаившийся пункт по приему цветных металлов. Осталось от былого изящества кое-что. Да не все...

Приметы новой России
  Одна из забот директора Дворца культуры им. Горького Бориса Ивановича Калеева - сохранение лепнины и декоративного убранства здания. А без них - какой же дворец! Два функционирующих фонтана в этаком «вэдээнховском стиле» - гордость. Ступеньки, выглядевшие еще недавно челюстью с выщербленными зубами, теперь сияют голливудской улыбкой, словно над ними потрудился умелый дантист... Дворец культуры пока остается «цехом НЗХК». И его директор не мыслит для себя судьбы иной. А вот жилье - отпало... И если невдалеке от магазина-подвальчика с усатым Богданом на вывеске можно наткнуться и на шикарно отреставрированное здание банка, и на фантастически цивилизованную турфирму «Жюль Верн», то во глубине дворов былого жилого фонда сумрачно, как во чреве подводной лодки, чей винт запутался в водорослях Саргассова моря...

- Как щас помню, - хмуро говорит неопохмеленный «матрос» проспекта Богдана Хмельницкого. - Вселились мы в 1954-м, в апреле-мае, привезли нам саженцы тополей-кленов - и вот что теперь вышло...

А вышли форменные тополево-кленовые джунгли... Вместе с джунглями подросли и Жакони, барражирующие по дворам на «Тойотах», в которых теперь уж не узнать прежних Бибишек. Топчут колесами все, что ни воткнешь в землю под окном. Кое-как на радость две березки вырастил старожил. Внутриквартальное кафе «Кардинал», видимо, мыслилось как нечто уютное, домашнее. А почему бы и нет? Не по карману вышло. Хотя, как сказали мне, в этот дом с полногабаритными квартирами раньше заводское «начальство лезло». Но то ли безденежно стало прежнее начальство, то ли еще что... Вот и директора дворца имени пролетарского писателя я застал с опустошенной тарелочкой разового использования на комиссарском столе, а не за столиком развернувшегося под ресторанными окнами буржуазного заведения под зонтиками. Инженеры ЖЭУ и Людмила Александровна Сумцова тож критикуют жильцов за равнодушие к собственным дворам и подъездам, где хоть цветок - не расти, хоть дверь - не запирайся. Жильцы корят ЖЭУ за то, что не могут гигантские тополя извести. А сажали-то под их чутким руководством... Вот так друг на друга и переваливают. Два романтичных плотника лазят по крышам, меняют шифер. Гниль, труха, дыры...

Потускнел ракушечник в фойе «Космоса». Ступени кинотеатровские повыщербились. Выброшенную рыночными штормами на сушу раковину «синема», где еще что-то обсчитывают не забывшие своих прошлых должностей две женщины с тревожными глазами, заселяют другие. Помоложе, пооборотистее. Пока - кина не будет. Потом - будут казать с «долби». Чего-то вдалбливать тем, кому еще не вдолблено...

На роликах в будущее

 Она влетела в двери «Отдыха» - такая вся брейк-дансовая и хип-хоповая. Дочь напомнила. О чем-то спросила Марину. Спортивная. Длинноногая. Ребенок асфальта. Ну что ей саксофон Балахнина, романсы Пашиева? Что ей книжки в иконной лавке в конце проспекта? Еще нагрешить сначала надо, чтоб к возводимому за бетонным забором храму - печатному прянику губы потянулись. Что ей «твэлы» эти драгоценные, по рассказам очевидцев, похожие не то на оконные гардины, не то на елочные гирлянды... Уже было совсем собравшаяся прорваться наверх, к бару, юная роллерша выкатывает на своих коньках-каталках на тротуар, где поджидает ее ОН. Тоже на роликах. Выделывая «финты» на виражах, парочка роллеров устремляется вдаль. Им, конечно, не обогнать иномарок с «качками» и детьми «честных бизнесменов»... Но все же они едут, летят, мчатся, а не ползут, как вот этот раздавленный реформами, как камбала, ветеран. Не пошевеливаются этакими коралловыми полипами, облепившими перекресток в угрюмом зоологическом желании выжить. Парят как эльфы. Как длинноволосый Поэт на театральной тумбе, перед которым почему-то дрогнула рука вандалов. Кто они? Что ждет их, вылущившихся из «биомассы» пап, мам, дедушек и бабушек, не то живших, не то существовавших... Въедут ли они в будущее, как в экран телевизора или кинотеатра? Или проскочат мимо? Будет ли время «по ту сторону» чем-то вроде голливудской сказки? «Крути» деньги в банке да звони по «мобику» с омываемого волнами тропического пляжа, давая наставления наемным директорам фабрик, перерабатывающих ядерные отходы... Кто знает...

Поделиться:
Копировать