Реквием женственности

Памяти ушедших из жизни платьев посвящается.

Памяти ушедших из жизни платьев посвящается

Нет, речь пойдет не о тех старых платьях, хранящих воспоминания встреч. Не о тех, которые связаны с событиями историческими, эпохальными (санкюлоты в переводе всего лишь «короткие штаны»), пусть даже в масштабе личной жизни. И не о тех, чьи складки и выцветшие цветы, как морщины любимых лиц, хранят воспоминания о сбывшемся и несбывшемся, которые сопровождали нас прожитые годы и в которых мы переживали все подробности нашей жизни. Нет, речь пойдет о платьях-чувствах, платьях-характерах, которые встречаются в нашей жизни все реже. А вернее сказать, которых уже нет. Конечно, надев наряд роковой женщины, любая женщина не превратится немедленно в таковую. Но попробуйте-ка почувствовать себя роковой женщиной без такого наряда!

«Коко». 1909 год

Одежда женщины — это ее среда обитания. Такая же, как квартира, дача, шуба или мужские объятия… В общем, то, чем она отделяет и защищает себя от порой довольно сурового и неприспособленного к женским потребностям мира. Стоит только вспомнить наши зимние пальто и шубы, цветом, формой и монументальностью напоминающие архитектурные сооружения. Мне часто хотелось, поставив на пол и распахнув полы, войти в них как в двери дополнительной жилплощади.

В голубом и розовом, в кружевах и оборочках, в цветочек и клеточку, сухих пропорциях делового костюма или в беззаботных линялых джинсах женщина пытается дать себе раз и навсегда, с утра и до вечера, ну, в общем, на ближайшие пять минут твердое и непоколебимое, как железобетон, определение — кто она есть, что о себе сегодня думает и чем собирается заняться.

Вы не ошибетесь, если подумаете, что женское платье подозрительно сильно смахивает на маскарадный костюм или крошечный павильон для театрализованных представлений. В каждом из которых под лукавством, обманчивой яркостью или простотой навешенного на себя и легко читаемого ярлычка названия (на первый взгляд, беспристрастно и точно указывающего суть женщины) — коварство истинной женщины, ускользающей от последнего, расставляющего все точки над i, объяснения. Что вполне естественно, если вспомнить, сколько вариантов себя хранится в шифоньере любой настоящей дамы.

Возьмем костюм. Появившись в конце XX века одновременно с новым статусом женщины-служащей, конкурирующей с мужчиной на этом поле (а потому опасной для него и потому могущей им быть уничтоженной), костюм для женщины был способом мимикрировать, приняв окраску и форму наиболее опасного в тот момент для нее хищника и конкурента — мужчины. Кстати, слово «костюм» в переводе с итальянского — это обычай, привычка. Войдя в социальный слой служащих, женщина приняла обычный для служащих вид.

Костюм стандартен, прозаичен, сух и обыден. Он конкретен, как входящий документ, и примерно столь же романтичен. Он усмиряет и подтягивает, как узда, не давая распуститься ни душе, ни телу, направляя все мысли в русло решения производственных задач. Костюм — это униформа, футляр, производственная тара для хранения драгоценного содержимого — женщины. Плох он бывает только в одном случае, когда заметен больше, чем она сама.

Решенный, как геометрический чертеж или схема (надо всегда помнить, что главное в костюме — это конструкция!), костюм дает возможность женщине укрыться за ним, как за окопным бруствером. Ну скажите, какому нормальному человеку захочется оказаться на поле боя под свистом начальственных приказаний и громом разборок и вылазок во вражеский стан за большей долей рынка и прибыли под минометным обстрелом вражеской рекламы в платье, похожем на цветок? Из ткани, смахивающей на кусочек летнего поля? С вырезом и воротником, из которого женские плечи и шея вырастают, как стебель, увенчанный бутоном головки с растрепанными ветром лепестками волос? В платье простодушном, естественном, как искреннее чувство? Нет, нет и еще раз нет!

Сегодня фаворит — брюки

Ушли казавшиеся бессмертными просторные, уютные и бесформенные платья, в которых, даже если не мала и не миниатюрна, женщина терялась и тонула, как маленькая девочка в мамином, не по размеру, пальто. Казалось, уж эти платья навсегда! Максимально маскирующие все недостатки фигуры, заставляющие работать на полную мощность мужское воображение, чтобы представить женскую фигуру за складками ткани, за огромным воротником или капюшоном, — эти платья предлагали вместе с удобством мягкую, ненавязчивую женственность… Но ушли из жизни и они.

Любой выбор современная женщина делает в пользу брюк. В самом крайнем случае, в пользу брючных костюмов. А это значит, что каждая из них чувствует себя сегодня сидящей в окопе, облокотившейся на приклад автомата Калашникова, изредка посматривающей в небо в ожидании вражеского обстрела. Она вооружена и очень опасна. И если даже это не так, по ее виду не всякий об этом догадается.

Что касается причин, объясняющих популярность брюк языком более приземленным и намного более реалистичным, то в мире животных подобное явление известно как природный рычаг уменьшения популяции. Как только животных, которые кормятся на данной территории, становится слишком много, для того чтобы эта территория могла их всех прокормить, самцы и самки теряют свои половые отличия. И те, и другие вырастают приблизительно одного размера, а привлекательные для противоположного пола черты сглаживаются, становятся незаметны.

Таким образом, природа, уменьшая размножение в популяции, уменьшает нагрузку на территориальные ресурсы, сводя ее через некоторое время до необходимой величины. А это значит, что массово исчезающая женственность имеет те же корни. Понятно, что эмансипация женщин (с которой связывают сегодняшнее повсеместное женское стремление носить брюки) отсюда же родом.

Еще один говорящий факт. Западными учеными было доказано, что женщины, которые носят сильно обтягивающие брюки, страдают в несколько раз чаще женскими хроническими заболеваниями (до гормонального бесплодия включительно), чем женщины, которые предпочитают носить юбки или менее сексапильные штаны. Одно из объяснений ученых: гормональный выброс женского организма в ответ на мужские взгляды столь велик, что женщина быстро истощает стратегический запас гормонов. Но если вспомнить, что именно бесплодие превращается в цель для неразумно расплодившихся животных, то стаи лемуров, тучи саранчи и все эмансипированные женщины в брюках превращаются в убедительную иллюстрацию работы данного инстинкта сохранения вида животных — за счет гибели большей его части. А в случае с людьми — одновременно с гибелью женственности.

Хотя женская логика, женская интуиция, женское чувство прекрасного, отличные от мужских способов познавать и укрощать реальность, — отнюдь не лишние в нашей жизни! Они, как ген морозостойкости или засухоустойчивости, только пока все хорошо — не нужны. А как только условия стали тяжелыми, вновь становятся жизненно необходимы. Модельеры знают: когда в моде короткие юбки и стиль молоденьких девочек — жизнь общества легка и благополучна. Как только в жизни страны или государства случаются большие проблемы — юбки немедленно удлиняются, и в моду входит взрослая женщина, умная и умелая помощница мужчины, защитница семьи и детей.

Но при взгляде на современных женщин мне все чаще приходит на ум старая-престарая загадка. Если некто одевается, как мужчина, выглядит, как мужчина, и стремится к тому же, что мужчина, — то кто он? Правильный ответ — современная женщина, освободившая себя от права женщиной быть.

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать