Не мешают ли милиции пробелы в законах?

Сказать, что давления на следствие нет, было бы неверно и нечестно. Да, есть, например, от журналистов — по громким делам. Нет ни одного резонансного дела, как сейчас говорят, которое бы еще в период следствия не обсуждалось под разными углами в СМИ.

Расследованием установлеНО

Как мы уже сообщали, на прошедшей неделе Следственный комитет при МВД России провел в Новосибирске совещание руководителей органов предварительного следствия. Чтобы осознать значимость столь представительного собрания, достаточно сказать, что участие в нем принимали не только руководители следственных подразделений управлений внутренних дел всех субъектов Российской Федерации, но и следственных аппаратов ФСБ и других правоохранительных ведомств, представители Государственной думы, администрации президента, Генеральной прокуратуры.

Фото с сайта chern.ru

Наша газета рассказала о предполагаемой реформе следствия, которая вызывает весьма неоднозначную и острую реакцию, в частности, у прокурорского корпуса. Но и без реформы проблем предостаточно. Некоторые, в том числе и несовершенство законодательства, были затронуты на пресс-конференции. На вопросы журналистов отвечали начальник Следственного комитета при МВД Алексей Аничин и два его заместителя - Евгений Тимлев и Юрий Алексеев. Первые вопросы от вашего корреспондента:

— Известно, что за последние годы в целом по России накопилось около двух миллионов дел, приостановленных потому, что не установлены и не найдены подозреваемые. Преступность, как мы знаем, не уменьшается. Так сколько вообще дел приходится расследовать за год, какая часть из них прекращается? И второй вопрос: ощущается ли давление на следствие?

— В прошлом году в производстве находилось больше трех с половиной миллионов дел, примерно десятая часть из них была прекращена по разным основаниям, в частности, за отсутствием состава преступления, по так называемым нереабилитирующим основаниям. За четыре месяца этого года расследовано больше восьмисот тысяч дел. К уголовной ответственности привлечено двести тридцать тысяч обвиняемых. Сказать, что давления на следствие нет, было бы неверно и нечестно. Да, есть, например, от журналистов — по громким делам. Нет ни одного резонансного дела, как сейчас говорят, которое бы еще в период следствия не обсуждалось под разными углами в СМИ. Но это, если в разумных пределах, учитывая тайну следствия, не так и плохо, открытость нужна, но не должна вредить расследованию.

— Каковы, если коротко, главные проблемы следствия и в каких видах преступных посягательств?

— Повышение эффективности расследований, снижение количества прекращенных дел, здесь наметилась позитивная тенденция. Особенно сложны в расследовании преступления в сфере экономики, оборота наркотиков, контрабанда…

— Может быть, мешают пробелы в законах? Много, например, говорится о необходимости возвращения конфискации имущества как одной из мер наказания. Отмена ее несколько лет назад — подтверждение либерализации нашего законодательства. Правда, еще вопрос, насколько она оправдана при таком уровне преступности. Могут ли сами следователи при обобщении опыта выходить с этим и другими предложениями в Государственную думу?

— Мы не наделены правом законодательной инициативы, не наше дело обсуждать законы, хотя несовершенство их обнаруживается довольно часто. Поэтому при обобщении наших данных и результатов мы всегда обращаемся в те органы и структуры, которые имеют право законодательной инициативы. Это может делать министр внутренних дел через правительство, через депутатов. Если имеется инициатива других лиц, может быть, общественных организаций, депутатов, они нас с нашими выводами привлекают. В качестве примера можно привести такую норму закона, как ознакомление обвиняемого с материалами следствия. Не секрет, что иные обвиняемые, находясь под арестом, сознательно затягивают изучение своего дела, даже до нескольких месяцев. Надеются, что срок их содержания под стражей истечет и у них появится шанс выйти из следственного изолятора. А далее ведь можно и скрыться… Нередко так поступают лица, проходящие по серьезным экономическим преступлениям. Ограничение срока ознакомления с материалами дела арестованного и его адвоката сейчас обсуждается — по нашему предложению. Или назначение меры пресечения — заочного ареста. Вынесение такого решения судом возможно только для лиц, скрывшихся за границей и объявленных в международный розыск. Всех остальных скрывшихся объявляют в розыск, приводят в суд, и только суд дает санкцию на арест. Это очень либеральная норма, мы с ней согласны, хоть она и осложняет работу.

— Передел собственности еще не закончен, наоборот, вошел в новую стадию — рейдерские захваты. Но, как часто приходится слышать, законы наши к отражению таких нападений не готовы.

— Да, действительно, рейдерство сейчас все шире распространяется. Происходит это зачастую совсем просто. Зарегистрировал человек, допустим, на чужой паспорт существующую фирму, предъявляет регистрационные документы владельцам и просит их выметаться с его частной собственности. Мы участвовали в подготовке предложений для внесения изменений в законодательство. В частности, предлагается государственная регистрация индивидуальных предпринимателей — физических лиц, чего сейчас нет. Вы знаете, как распространены так называемые фирмы-однодневки. Так вот, надо вменить в обязанность регистрационных органов проверять достоверность сведений, которые представляют учредители. Бывает, такие фирмы регистрируют по фальшивым паспортам, на какого-нибудь бомжа. Надо проверять личность заявителя. А если он представил, например, протокол собрания якобы владельцев фирмы о передаче права собственности, то такой протокол должен быть нотариально заверен. То есть мы предлагаем расширить ответственность регистрационных органов. Тогда будет меньше возможностей для мошенничества, рейдерских захватов, возможности для отмывания преступных денег и других экономических преступлений…

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать