Через 10 минут телефон с извинениями вернули владелице, а воришка-цыганенок был с позором изолирован в дом. История с цыганами — лишь небольшой эпизод в жизни одной из лучших профессиональных новосибирских певиц, исполняющих песни на многих языках. За это ее и любят слушатели. Хотя эстетам, пожалуй, не по вкусу придется ее амплуа — Алина поет в ресторанах и ночных клубах. — Алина, извини за не очень приятные вопросы. Тебя не смущает, что люди жуют, когда ты «на полную катушку» выкладываешься? — Неважно, какие события происходят вокруг тебя. Главное — личное отношение к событию. Когда я начала петь в ресторанах пятнадцать лет назад, то вообще не думала об этом. Просто хотела петь. Песня для меня — как воздух, без которого невозможно жить. Да, люди пришли в ресторан, и они туда пришли поесть. Ну и что? Часто бывает и так: я начинаю петь, и они кладут на стол приборы, внимательно слушают, а потом аплодируют. Бывает, встают и аплодируют. — У тебя редкое сочетание: знание музыки и языков. Где ты училась? — В детстве напевала под черешней вместе с бабушкой-хохлушкой. Окончила музыкальную школу по классу баяна. Между прочим, даже Баха играла на нем. В юности тяготела к лингвистике, поступила в наш педуниверситет, окончила в свое время факультет географии и английского языка. В институте руководила вокальным трио, и мы пели только на английском. После института решила поступить в музыкальное училище, закончила одновременно вокальное и джазово-эстрадное отделения. — Какие любимые музыкальные жанры предпочитаешь? — С удовольствием пою романсы, бардовские песни. С гитарой завоевывала в свое время призовые места на различных городских конкурсах. В то время, когда вся страна заслушивалась «Ласковым маем» и «Комбинацией», я погрузилась в творчество джазовых исполнителей. Помнишь, был такой конкурс молодых исполнителей в Ялте? — Очень престижный… — Когда в Новосибирске проходил региональный тур «Ялта-91», я сделала следующее: взяла одно стихотворение из пастернаковского «Доктора Живаго», музыку к нему написал наш новосибирский рок-музыкант Андрей Кучинский. А Анатолий Дериев, который сначала эмигрировал в Америку, а потом вернулся, сделал свои компьютерные вставки. Смешно сейчас, кто же такие вещи посылает на «попсовый» конкурс! С одной стороны, вроде я оказалась, как сейчас модно говорить, «не в формате», с другой — стала лауреатом «Ялты-91». Потом еще не раз участвовала в российских музыкальных фестивалях. На одном из них, в Тюмени, у меня брали автограф «Ночные снайперы» и Чичерина. — Понятно, откуда ты знаешь английский и французский. Но ведь ты поешь еще и на корейском… — После Ялты я начала петь в ресторанах. В одном из них меня увидел «представитель капиталистического мира» и предложил годичный контракт в Южной Корее. Я согласилась и ни разу не пожалела. Это была шикарная практика. В отличие от нашего шоу-бизнеса там четко каждый знает свои обязанности, дисциплина железная. Нет такого, чтобы менеджер сказал, а официант огрызнулся. График у меня, естественно, также был плотный. Сегодня необходимо было увидеть запись на корейском языке, а завтра ее уже спеть. — Бытует представление, что если девушка поехала за границу, да еще в шоу-бизнес, то ее обязательно ждет бордель. Это так? — Смотря на кого нарвешься. Я уезжала без посредников, заключала контракт напрямую с представителем звукозаписывающей фирмы. Все документы тщательно изучала. Нас с группой в Корее охраняли. Если бы случилось то, о чем ты говоришь, фирма лишилась бы лицензии и репутации. — Мы с тобой беседуем накануне Нового года. Напомни, ты его сколько, лет десять дома не встречала? — В прошлом году случился первый раз из-за кризиса выходной. И я встретила праздник с сыном. До этого девять лет пела в ресторанах под Новый год. В этом году снова ангажирована в «Колизее». — Не надоедает работать каждый раз под праздник? — Как говорила одна из моих знакомых, пусть у вас всегда будет много работы. — Прямо какой-то антикризисный тост под Новый год… — Да. Потому что, если у вас много работы, значит, вы здоровы, полны сил, вас уважают. Когда в прошлом году поток клиентов в рестораны сократился, я по праздникам чувствовала себя немного не в своей тарелке. — Влияет на личную жизнь твоя загруженность? Не всякий мужчина, пожалуй, захочет иметь рядом женщину — певицу ночного ресторана? — Я думаю, что существует понятие «работающая женщина». Если я вкалываю, приношу деньги, какая разница, работаю днем или ночью? Другое дело, непременно нужно, чтобы твой спутник жизни тебе верил. Один такой неверующий меня все ревниво допрашивал, мол, знаю, что у вас потом сауны и мужики. Я ему предложила посмотреть, как я проведу новогоднюю ночь. Мы мотались на такси из клуба в ресторан, да еще за город, а потом возвращались в машине, битком набитой артистами. После этого он сказал: «И это Новый год?». Больше упреков и вопросов не было. — Народ гуляет в этом году? — Еще как! По-моему, то ли кризис миновал, то ли наш народ ничем не испугаешь. Русская душа без праздников, без хорошей песни жить не может.
Кому — Новый год, а кому — работа
Алину Азарину (а после замужества — Хабарову) я впервые увидела на цыганской свадьбе, куда ее пригласили в качестве вокальной примы. Алина спела по требованию не только «Лондон—Париж» и «Ах, какая женщина!», но и кoe-что из Эллы Фитцжеральд. Естественно, она пела на английском… А потом звучал французский шансон… Далее — корейские песни. Во время выступления кто-то украл у Алины мобильный телефон. Она скромно сообщила тамошнему барону.