< amp-analytics type="googleanalytics"> < amp-analytics>

«Арестуйте моего сына»

Ленинский район по криминальным показателям впервые за последние годы переместился с привычного девятого-десятого места на третье. В первом полугодии 1996 года - почти три тысячи зарегистрированных преступлений, за тот же период прошлого года - три с половиной тысячи. И вдруг первое полугодие нынешнего - две тысячи четыреста.Если преступный вал во многом следствие, как мы привыкли говорить, социально-экономических условий, то раскрываемость - результат действий правоохранительных структур. В Ленинском она составила почти 70 процентов, даже немного превысив среднегородскую цифру. В прошлом году за тот же период была меньше шестидесяти.Что произошло?

Почему снизилось число преступлений в Ленинском районе?

 Ленинский район по криминальным показателям впервые за последние годы переместился с привычного девятого-десятого места на третье. Самый крупный по населению и территории район с густо населенными микрорайонами, рабочий люд которых вдруг перестал быть нужным родным заводам, лидировал в городе по криминалу. И, казалось, «рекордам» конца не будет. В первом полугодии 1996 года - почти три тысячи зарегистрированных преступлений, за тот же период прошлого года - три с половиной тысячи. И вдруг первое полугодие нынешнего - две тысячи четыреста.

Если преступный вал во многом следствие, как мы привыкли говорить, социально-экономических условий, то раскрываемость - результат действий правоохранительных структур. В Ленинском она составила почти 70 процентов, даже немного превысив среднегородскую цифру. В прошлом году за тот же период была меньше шестидесяти.

Что произошло? На вопросы нашего корреспондента отвечает прокурор района Алексей Клева.

- Алексей Афанасьевич, рывок сделан заметный. Помню, как на разных совещаниях привычно ругали руководство правоохранительных органов района. Последние два с лишним года милицией руководит Юрий Звягинцев. Мы его представляли нашим читателям. Наверное, гайки закручивает, жесткий?

- Я бы не сказал, что жесткий, скорее требовательный. Сам очень много работает, знает, в какое место попал, и с других спрашивает. А вообще, если коротко, то третье место - результат организационных мер и укрепления дисциплины.

- Скучно как-то выходит, никакой романтики. А если подробнее.

- Раскрываемость возросла, потому что лучше стали работать участковые, уголовный розыск, патрульно-постовая служба. С прошлого года активизировались, а нынче уже с опытом действуют группы быстрого реагирования. Проблем со скорейшим выездом на место происшествия, особенно по тяжким, нет - с транспортом стало значительно лучше. Сразу отправляются эта группа и наряд патрульно-постовой службы, чтобы перекрыть пути отхода преступникам. Сложнее с выездом судебно-медицинского эксперта на убийства. Бывает, приходится ждать - он один дежурит на несколько районов. Говорят, пока нет средств для расширения этой службы.

Но прежде всего я должен сказать, что ни Звягинцев, ни я не испытываем какого-то там успокоения и не можем испытывать. Почти треть преступлений остались нераскрытыми.

- Наверняка в Ленинском есть какие-то свои криминальные особенности. Что вас тревожит и волнует?

- Прежде всего преступления, связанные с наркотиками. Их более пятисот за первое полугодие, причем только те, что связаны с распространением, хранением, сбытом. Прибавьте сюда примерно столько же других преступлений, в основном, краж, грабежей, совершенных наркоманами, и вы поймете суть этого ужасающего явления. Еще года четыре назад я и представить не мог, что матери и отцы наркоманов придут ко мне на прием с одной просьбой - арестуйте сына, все несет из дома, совсем неуправляем. Сегодня приходил отец двадцатипятилетнего парня. Нашел у него иглу, выбросил. В доме скандал. Парня задержали, а отец просит арестовать хотя бы до суда. Пусть, говорит, пройдет у него ломка, иначе с ним не справиться.

- И где же выход? Приходилось слышать мнения чуть ли не о национальной катастрофе - таков уровень наркотизации молодежи.

- По сути лечения у нас нет. Да оно, будь даже бесплатным, малоэффективно. С моей точки зрения, милиция недорабатывает. Берут наркоманов, а сбытчиков устанавливают мало. Да, доказывать сбыт тяжелее, но оперативные методы есть. Приходится постоянно об этом говорить.

- В прошлые годы Ленинский, в котором я и сама живу, был впереди по убийствам.

- Нынче заметное снижение - с двадцати семи до семнадцати. Пять пока не раскрыто, хотя по двум подозреваемые установлены, но достать их непросто. Женщина, задушившая своего новорожденного - его нашли в марте на остановке, - скрывается в Казахстане. Еще один - на Украине. Ушло в суд дело Андросова, наркомана, заколовшего студентку, тоже с таким же увлечением. Раскрыто с огромным трудом сыщиков и следователей. Отрабатывали пятнадцать человек, пока вышли на обвиняемого.

Кстати, в дополнение к беседе. Розыскники Ленинского района за полтора суток раскрыли недавно убийство преподавательницы колледжа недовольными отметками учениками.

- Почему убийств стало меньше на треть?

- Думаю, одна из причин в том, что многих склонных и жестоких потенциальных душегубов в последние годы выловили и отправили в места лишения свободы. Убийства, в основном, бытовые, пьяные...

Вал разбойных нападений немного поутих. Сложность в том, что налетчики после дела исчезают из города. И еще особенность - разбойничают против своих. Недавно раскрыли разбой на улице Котовского. Представьте фирму по заказу девочек. Хозяйка послала охранника на квартиру к так называемому их диспетчеру, деньги отнести, небольшие. А он связан с криминальной группой и тут же сообщил. Только появился на квартире у диспетчера, ворвались трое, связали всех. Взяли золото, аппаратуру. Охранник в качестве наводчика.

- А что с кражами? Вроде их стало меньше?

- Да, в три раза по сравнению с первой половиной прошлого года. Но качественный состав воров заметно меняется. Все больше и больше становится несовершеннолетних. Их приводят ко мне, когда приходят за санкцией на арест. Из бесед с ними я понимаю: для какой-то части совсем молодых людей украсть не просто не стыдно. Они даже как бы и гордятся, держат себя вроде как борцы за справедливость: если у кого-то есть богатство, то почему не может быть у меня? Тревожный сигнал расслоения общества и озлобленности одних против других. А за кражей может последовать и разбой, и бандитизм...