< amp-analytics type="googleanalytics"> < amp-analytics>

Игры в дочки-матери

«Мать по характеру буйная», - такую характеристику из уст родной дочери получила тридцативосьмилетняя Галина Евгеньевна Р., мать троих детей. И не где-нибудь подружкам объясняла про мамин характер семнадцатилетняя дочка Ира, а в суде. Вынуждена была объяснять, так как мамаша, что называется, достала домочадцев своими выходками.

 «Мать по характеру буйная», - такую характеристику из уст родной дочери получила тридцативосьмилетняя Галина Евгеньевна Р., мать троих детей. И не где-нибудь подружкам объясняла про мамин характер семнадцатилетняя дочка Ира, а в суде. Вынуждена была объяснять, так как мамаша, что называется, достала домочадцев своими выходками.

...В тот вечер она заявилась домой изрядно навеселе, что детей - десятилетнюю младшую дочь, тринадцатилетнего сына и старшую - не удивило. Но зато очень расстроило. Никак не могли привыкнуть дети к мамашиным загулам. Да и как привыкнешь, если живется трудно, а мать, нигде не работая, позволяет себе «развлечения». А в тот вечер она себя превзошла.

Заявившись, Галина Евгеньевна с ходу стала требовать у старшей дочки деньги на спиртное. На хлеб-то не всегда было, что уж о бутылках говорить. Ира, понятно, отказала, понимая, что, протрезвев, мать сама будет каяться, просить прощения и еще поблагодарит, что не дали. Но мамаша буйный характер проявила не на шутку. С подоконника полетели горшки с цветами. Под руку попалась увесистая стеклянная ваза. Дочь едва увернулась. Мать схватила на кухне нож и пошла на нее. Состояние детей, думаю, представить нетрудно. Они все очень испугались. Младшая девочка повисла на материной руке. Если бы не это, неизвестно, чем бы все закончилось. Ира выскочила из квартиры. Соседям пришлось вызывать милицию.

В суде старшая дочка, конечно, просила строго маму не наказывать, не лишать ее свободы, иначе «мы останемся без средств к существованию». Видимо, мать все же где-то подрабатывает. Галина Евгеньевна каялась, плакала, просила прощения у дочки. Суд определил условное наказание и назначил еще и принудительное лечение от алкоголизма. Увы, экспертиза сделала такой вывод. Остановит ли мамину «болезнь» сам факт судебного процесса? И не ждет ли ее детей судьба двух других, которые при живой матери уже почти десять лет находятся в детском доме?

Но это уже другая история, другое уголовное дело по статье 157 - злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей. Увы, такие разбирательства совсем не редкость. В подавляющем большинстве случаев бегунами от родных детишек являются папаши. Но все чаще попадаются и матери. Десятый год живут в детском доме сын и дочь Майи Ивановны Б., живут на попечении государства. Но она обязана выплачивать алименты. Долг составил почти сто тысяч рублей. «Не могу устроиться на работу», - вот и все объяснение подсудимой. Скорее всего, не хочет. Подействует ли приговор, пусть даже и условный, на платежеспособность мамаши, проблематично. Ей, правда, объяснили, что, не начав хоть понемногу погашать задолженность, Майя Ивановна очень рискует: условная мера может быть заменена реальной.

Игры в дочки-матери дорого обходятся детям. Суд и в том, и в другом случае констатировал факты, оценивая их по закону. Реальную же помощь таким заблудшим матерям должны бы оказать другие структуры. Их у нас вроде бы немало, а вот мамаш с тягой к питью и буйству меньше не становится.