< amp-analytics type="googleanalytics"> < amp-analytics>

Премьерные страсти и гастрольные одиссеи в «Старом доме»

Сезон был, да еще и есть, на удивление напряженный и продуктивный. Пять премьер, три гастрольные поездки (Москва, Киев, Стокгольм). Впрочем, подводить итоги пока рано. До закрытия сезона осталось меньше месяца, а зрителя еще ждет премьера «Голого короля» Евгения Шварца (16 июня), Фестиваль независимых театральных инициатив (24-30 июня) и еще одна премьера, в день закрытия сезона (1 июля) - черный фарс «Жан и Жюли, серебряная свадьба» по пьесе Энтони Сверлинга.Если говорить о премьерах сезона, то, пожалуй, самой необычной по исходному материалу и сценическому пространству стал спектакль «Играем Довлатова».

 «Старый дом» оказался едва ли не единственным зрелищным заведением в городе, нынешний театральный сезон в котором не был юбилейным («Красному факелу» - 80, «Глобусу» - 70, цирку - 100, оперному - 55). Однако «неюбилейность» сезона на фоне тотальной юбилейности не сделала его менее интересным:

- Сезон был, да еще и есть, на удивление напряженный и продуктивный, - говорит главный режиссер театра Семен Верхградский.

Пять премьер, три гастрольные поездки (Москва, Киев, Стокгольм). Впрочем, подводить итоги пока рано. До закрытия сезона осталось меньше месяца, а зрителя еще ждет премьера «Голого короля» Евгения Шварца (16 июня), Фестиваль независимых театральных инициатив (24-30 июня) и еще одна премьера, в день закрытия сезона (1 июля) - черный фарс «Жан и Жюли, серебряная свадьба» по пьесе Энтони Сверлинга.

Любовь с Ореновым. И ее последствия

Сцена из спектакля «Играем Довлатова»

 Если говорить о премьерах сезона, то, пожалуй, самой необычной по исходному материалу и сценическому пространству стал спектакль «Играем Довлатова», поставленный Владимиром Ореновым. Сергей Довлатов, писатель весьма почитаемый как в собственном отечестве, так и за рубежом, сценическими версиями не избалован. Его рассказы (и не без основания) считаются весьма не сценографичными. Но Оренов рискнул. И у него получилось.

Роман «Старого дома» с автором и ведущим популярной программы «Фрак народа» на ТВ довольно долгий:

- Это очень давняя любовь, - говорит Семен Верхградский.

Началось все семь лет назад, когда Оренов, еще будучи заместителем главного редактора журнала «Театральная жизнь» и только начиная раскручивать свой «Фрак», приехал в командировку - проанализировать работу театра. И предложил себя в качестве режиссера. Первой совместной работой стал спектакль «Пока все о'кей»...

- Он очень талантливый и очень полезный человек в театре, - говорит главный режиссер, - умеет уладить противоречия, увидеть что-то со стороны.

Что же касается необычного решения сценического пространства спектакля по Довлатову (играется спектакль не на сцене, а в офисном интерьере - зале фонда «Открытое общество» в Областной библиотеке), то, по словам Семена Верхградского:

- Необычное пространство, своя сценография - так решил режиссер - и наверно, это правильно. Сейчас театр, в том числе и наш, много ищет. В формах, в технологиях. Новое пространство, новая драматургия...

Две версии одной темы

Сцена из спектакля «Жан и Жюли, серебряная свадьба»

 Спектакль, который зритель увидит в день закрытия сезона («Жан и Жюли, серебряная свадьба») тоже имеет свою историю, и достаточно занимательную.

- Это одна из версий спектакля «Привкус горького миндаля» по Энтони Сверлингу, который у нас уже идет. Пьеса Сверлинга очень сложная, очень жесткая и очень жестокая. Когда мы впервые познакомились с материалом, я боялся, что российский зритель ее не примет. Поэтому по оригинальной идее Сверлинга мы с Анатолием Узденским написали свою пьесу - текст которой на 90% принадлежит Узденскому, на 8% мне и лишь на 1-3% Энтони... На этом тексте и родился спектакль «Привкус горького миндаля».

Но когда театр был приглашен со спектаклем на фестиваль в Стокгольм, обязательным условием стало вернуть хотя бы 50-70% авторского текста. Поскольку приближать текст «Привкуса горького миндаля» к пьесе Энтони Сверлинга было нереально (он уже зажил своей жизнью и стал вполне самостоятелен и самодостаточен и в ином варианте не представим), то было проще сделать новый спектакль - европейскую фестивальную версию. Ее мировая премьера состоялась в Стокгольме, а новосибирский зритель увидит эту версию впервые в день закрытия сезона. В отличие от «Привкуса горького миндаля» «Жан и Жюли, серебряная свадьба» играется в совершенно ином актерском составе (без Анатолия Узденского, с дуэтом Михаил Пичигин - Халида Иванова).

Продолжение японской эпопеи

 1 августа театр ждут на гастролях в Саппоро со спектаклем «Проклятие меча». Спектакль, поставленный Верхградским в японской традиции, в свое время выдержал серьезный экзамен на гастролях в Токио. Японская сторона отнеслась к спектаклю столь доброжелательно и заинтересованно, что берет на себя все расходы театра, начиная с Хабаровска.

Что же касается общего впечатления японцев от спектакля, то они признались, что сибиряки во многом оказались даже больше японцами, чем сами японцы.

- Мы стали почти родственниками, - говорит Семен Верхградский.

(Кстати, недавно новосибирский ученый-лингвист Юрий Тамбовцев сделал уникальное открытие («ВН» писал об этом), что японский язык родом... с Алтая. То есть и генетически мы получаемся как бы родственниками...

Семена Верхградского как режиссера спектакля японская сторона объявила первооткрывателем двух вещей. Во-первых, он предложил совершенно неожиданное решение любовных сцен - «любовь» решена им пластически достаточно свободно, но при этом целомудренно. А в Японии на сцене, как только мужчина протягивает руку к груди женщины, выключается свет, и... продолжения не следует (хотя в японском кинематографе - другая традиция)... Любовными сценами в русском спектакле восточные люди шокированы не были, и их эстетическое чувство и целомудрие не пострадали:

- Вещей, которые бы покоробили японцев, как и вещей, которые бы покоробили русских, в спектакле нет...

И еще одну подсказку для себя нашли японцы в нашем спектакле. В японской мифологии и религии есть особое отношение к моменту смерти - когда душа человека освобождается из оболочки, она представляется бабочкой... В спектакле «Старого дома» это было передано буквально - влюбленные погибают, и над их телами вьется бабочка.

- Японцы были поражены и удивлялись, почему сами не дошли до такой простой вещи.

Впрочем, в Токио и сибирякам было сделано много подсказок.

***

Одним словом, лето для актеров театра будет весьма коротким - «Проклятие меча» надо начинать приспосабливать для новой площадки в Саппоро - на днях должны прислать планировку сцены. (В Токио сцена была столь отличной от нашей, что практически пришлось делать новую редакцию спектакля).

А Семен Верхградский уже приступил к репетициям спектакля «Дом, где разбиваются сердца» по Бернарду Шоу. Премьера состоится в следующем сезоне:

- Я делаю его с той же бригадой, что и «Сентиментальный блюз», - говорит режиссер, - это небезызвестный вам Григорий Гоберник и художник Виктор Архипов...