Единственное государство в Европе, которое балует своих жителей Центром любви, по величине равно шести футбольным полям, существует всего четыре недели в году и привлекает свыше 30 тысяч посетителей. Речь идет о «Казантипе», крымском фестивале, своего рода ответе Восточной Европы рок-фестивалю в Вудстоке.
Иногда Светлану даже расстраивает то, что ее «бизнес» так процветает. Когда молодые, симпатичные пары, держась за руку, стоят в очереди у обещающего жаркие мгновенья входа с надписью крупными буквами «Центр Камасутры». Когда мимо тебя постоянно проходит счастье, становится просто обидно. «Разве я сама недостаточно привлекательна? Ведь я выгляжу на 18 лет. Почему же я никому не нужна?», — спрашивает 45-летняя блондинка, демонстрируя округлости своего пышного тела и наливая водку.
Светлана сдает кусочек рая — 5 евро стоит один час. В ее хозяйстве 18 летних домиков — любовных боксов площадью три на три метра, разукрашенных парами в непристойных акробатических позах. Центр любви возник исключительно по настоянию местной милиции. Несчастные стражи порядка больше не могли наблюдать, как молодые парочки занимаются любовью на пляже у всех на виду. Каждый год «Казантип» доставляет аппаратчикам в Крыму головную боль: фестиваль представляет собой смесь музыкального мероприятия с греховным Вавилоном.
Никаких родителей!
Когда в Москве еще царили генеральные секретари и строгие нравы, а парам разрешалось в гостиницах занимать один номер только при наличии брачного свидетельства, «Казантип» был единственным пространством свободной любви — Камасутрой на море вместо тесноты бетонных бараков. Наркотики вместо комсомола. Водка с тоником вместо Ленина и гречневой каши. Техно вместо «Калинки». Никаких родителей, только музыка, вечеринки, наркотики, секс и пальмы на самой большой тусовке на востоке от Берлина.
Но именно этот остров свободы с годами приобрел жесткие границы. Вместо входных билетов появились визы, вместо касс — посольства, вместо заборов — «железный занавес», вместо организаторов — президент и министры. «Казантип» начал играть в государство.
«Все разрешено» — этот лозунг существует только на бумаге. В действительности бюрократы от «Казантипа» начинают все больше походить на своих прототипов из Москвы, Минска и Киева, усложняя жизнь простым гражданам.
Только тот, у кого есть деньги, может чувствовать себя свободным, безо всяких проблем проходя таможню, — «долгосрочная» виза на четыре недели стоит 30 евро. Татьяна слишком бедна, чтобы позволить себе такую роскошь. Студентка экономического факультета приехала в Крым со ста долларами в кармане.
Кто всегда носит при себе старый желтый чемодан, освобожден от визовых сборов, — говорилось в рекламе, — вход для тех, кто приезжает работать как живая реклама, свободный. Но как и в настоящей жизни в странах СНГ, в «Казантипе» законы — это вопрос трактовки. Чтобы увеличить «визовые сборы», правительство ужесточило условия въезда: теперь имеют право въезда только чемоданы с металлической обивкой на углах. Ну а Татьянин ящик, который она специально приобрела на барахолке, имеет черные углы.
Кровь под бледной кожей
Хрупкая девушка все бьет и бьет камнем по накладкам, пока не заболят руки. Но черная краска не хочет сходить. Татьяна пытается смыть ее растворителем. Постепенно из-под черной краски начинает проступать блестящий металл, а бледная кожа Татьяны начинает краснеть. «Настоящее мученье», — возмущается молодая киевлянка, смотря с тоской на бетонную стену, из-за которой раздается громкая музыка.
«Нет, прежде чем совсем испортить руки, пойду, попытаюсь просто так!» Противник Татьяны лежит в засаде через 50 метров, за бетонной стеной высотой по пояс. Это толстый пляжный Казанова с зеленой татуировкой на предплечьях и с таким лоснящимся лицом, словно только что намазал его маслом для загара. Он главный таможенник. Одним мановением руки он решает целые судьбы отпускников. Себя он называет ковбоем, а дома, в Москве, стоит на дверях какого-то клуба. Со сладкой улыбкой на губах «главный таможенник» рассматривает Татьяну: «Твой чемодан недостаточно красив, да и самой не мешало бы подкраситься, тогда смотрелась бы приличнее! Нет, с таким чемоданом ты сюда не пройдешь, дорогуша!»
Татьяна бросает взгляд своих больших карих глаз на таможенного цербера: «Но я так старалась!». Нехотя «ковбой» достает карандаш и выводит, как первоклашка, огромные буквы на чемодане: «Разрешаю. Ковбой». Татьяна подпрыгивает.
«Строгий таможенный контроль и высокие цены — это фильтр, чтобы оградить мероприятия от нежелательных лиц», — уверяет Никита Маршунок, «президент» и шеф «Казантипа». Оборот фестиваля составляет у новоиспеченного москвича шесть миллионов долларов. «Речь идет только о благе народа. Мне лично никакие деньги не нужны! Я все снова инвестирую в республику», — утверждает небритый «глава государства» в бермудах.
Опубликовано на сайте inosmi.ru.