«Ветеран» - страница для старшего поколения
Я не была в блокадном Ленинграде, но на подступах к этому городу сражался мой отец Устин Петрович Рыбачек. Поэтому, наверное, ощущаю как бы свою причастность к 60-летию прорыва блокады, которое пришлось на 18 января, к 59-летию полного ее снятия.
Шестнадцать писем отца с фронта, написанных в течение пяти месяцев, - это мое наследство, мое духовное богатство. Он погиб, не дожив до прорыва блокады, но он и такие, как он, держали фронт и ценой своих жизней приближали Победу. Когда он погиб, мне было три месяца, но в каждом его письме к жене Ефросинии Федоровне, моей маме, он называл меня как сознательное существо. Вот строки из писем:
«15.09.41. Фросик, не волнуйся, береги себя, особенно сейчас, чтобы ты доносила нашего сынка. Это же наше счастье. Он будет воин, назовем его Михаилом, как Кутузова».
«8.10.41. Северо-восточный фронт. Фросик, нахожусь все время на передовой линии, 500 метров от противника. Сейчас командую батареей, бью крепко фашистов, но и сам часто бываю под ожесточенным огнем, уже привык... Если будет сын, назовем его Устином, а если дочь - Фросечкой, ибо мы остались вдвоем и очень друг друга любим».
«27.12.1941. 23 часа. Вечером я раскрыл конверт и увидел твой дорогой почерк на листочках бумаги. Как билось мое сердце часто... Я подумал, у меня и у тебя имеют место три изменения в жизни: первое - это мы прибыли на свет, второе - мы с тобой поженились и третье - это уже мы, мы! Имеем семью имеем дочь!..»
И последнее письмо, написанное 13 февраля 42-го, за девять дней до гибели: «Живу хорошо, квартира моя меняется днями и даже часами. Метким огнем своей батареи уничтожаю сотнями ненавистных фашистов. Сам жив-здоров и так же мои люди и техника в порядке.
...Береги себя, ничего из денег для питания не жалей, ибо от этого будет зависеть питание самой дорогой в нашей жизни дочери Лилечки».
Наивно думать, что правда от мамы, от любимых в чем-то не скрывалась, но все это так нужно было для тех, кто остался там, в тылу, продолжать род русской земли, его род, простого сельского паренька, круглого сироты, потом кадрового военного, служившего и в Челябинске, и во Владивостоке, участника конфликта с милитаристской Японией на озере Хасан в 1938 году.
И под впечатлением этих писем возникла сердечная потребность написать стихи, посвященные моему отцу.
Когда в окопах Ленинграда Полк отходивших прикрывал, Тебе единственной наградой Был сердцем принятый металл. Ты знал, от раны умирая, Там, на востоке, есть жена И дочь, кровиночка родная - Лампадка жизни зажжена. И становясь землей и прахом, В последний миг он завещал, Потомок чтоб над ним не плакал, Победу мира утверждал. И от судьбы не ждал подарков, Не раскисал, а был борцом, Был счастлив в этом мире ярком, Не спасовал перед концом. Заветы предка не нарушив, Мы стали памятью твоей, Вошел ты смыслом в наши души, И нет для нас тебя родней. Сирень, тюльпаны, обелиски, Победы марш, Победы грусть - Все сердцу дорого и близко, Спасенная родная Русь! ГАГАЙ Лиля Устиновна