История страны в одной судьбе

История страны в одной судьбе
Чтобы доказать, что он ничем не болеет, Сергей Макарович Борисов легко принимает упор лежа и отжимается. Делать зарядку для него дело первостепенное. И он не забывает о ней даже в свои сто шесть лет. Жаль только, на дачу нынче стало ездить тяжело, а в прошлые годы летом застать его дома было невозможно — на своих шести сотках он выращивал и помидорчики с огурчиками, и ягоды для своего фирменного домашнего вина.


Событиями из долгой жизни Сергея Макаровича можно было бы иллюстрировать вековую историю страны. Так уж получилось, что он всегда находился в центре событий. И теперь, когда начинает рассказывать о себе, говорит как будто обо всей России.

Сергей был седьмым ребенком в большой дружной семье Борисовых. Жили бедно, хотя и работали в поле от восхода до заката. Сначала у семьи был небольшой надел земли, а во время Столыпинской реформы, когда деревню расселили по небольшим хуторам, достались Борисовым шесть гектаров хорошей пашни. Верной помощницей в поле была лошадь, но перед Первой мировой ее забрали в армию. Так что свой надел приходилось обрабатывать самим. Чтобы как-то выжить, пасли деревенский скот. Этим и занимался младший Сережа. До сих пор вспоминает он, как страшно было во время грозы. Как она начиналась, коровы бежали в лес, и маленький пастушок вместе с ними. Встанет под деревом и молитву Богородице читает — единственное, как ему казалось, что могло уберечь его от молнии. Сергей очень хорошо умел трубить, созывая коров в стадо, и отлично владел кнутом. Так что скотина слушалась его и работа спорилась. Все детство Сергея Борисова прошло в рубахе до колен и лаптях, которые умело плел отец. Первые штаны мама сшила, когда, будучи одиннадцатилетним подростком, пошел Сережа в первый класс местной четырехлетки.

Вот тут-то и выяснилось, что у мальчишки несомненный талант к учению. Придя в школу позже всех, он с легкостью догнал товарищей по классу. Свое желание учиться приходилось буквально отстаивать. Уж как его ни уговаривали, ни заставляли вновь вернуться к работе, он ни в какую. Зимой сам себе обувь из старых валенок мастерил: выточит из деревяшки подошвы, прибьет гвоздями к ним верх от пропавших валенок да так и ходит. Прибегал в школу раньше всех. Как учительница говорила, стук его деревянных подошв был сигналом к началу рабочего дня.

Четырехлетку Сергей закончил на «отлично», а вот чтобы дальше учиться, пришлось ходить в соседнюю деревню за восемь километров от дома. Но расстояния его не пугали. Другое мешало: родители считали, что школа — это баловство, надо профессией какой-нибудь овладеть. Отец договорился с кузнецом из соседнего хутора, чтоб тот за 18 пудов хлеба взялся обучить мальчишку. И вот утром, когда надо было уходить в работники, Сергей взбунтовался: мол, учиться хочу и в кузнецы не пойду. Пришли тогда к соглашению с отцом: днем сын работает, вечером учится.

Пока Сергей Макарович овладевал науками, свершилась революция, началась Гражданская война. Старший брат Михаил ушел защищать советскую власть. Был он разведчиком. И выдали его свои же односельчане, вставшие на сторону белых. Брата расстреляли. Тогда второй брат — Петр — пошел воевать, да только заболел тифом. Товарищи принесли его домой и сдали матери умирать, а на заборе прибили табличку «тиф». Как мать ни старалась изолировать больного, а зараза перекинулась на всех. В те дни, когда и за водой-то сходить было некому, думали, что умрут. Но староста деревни назначил дежурных за семьей Борисовых? И те, хоть и опасались заразиться, но приходили, кормили и поили больных. Благодаря этому, может, все и поправились.

После школы лучшего из учеников, комсомольца Сергея Борисова, местный райпотребсоюз отправил учиться в торговое училище в Ельню. Собирая парня в дорогу, предприятие выдало ему бесплатно кожаные ботинки. Впервые Сергей Макарович снял лапти. И сейчас он вспоминает, каким тогда был счастливым. Жил молодой студент в общежитии, выделили ему койку и ватное одеяло, а кроме того, стипендию и талоны на питание. О чем он еще мог мечтать! Потом был техникум и торговый институт.

Тогда он думал, в деревню не вернется, но жизнь распорядилась иначе. В торговлю, по профессии, он никак не мог устроиться. В магазины даже грузчиком не брали. Пришлось ехать в родной дом. А в деревне за время его отсутствия все изменилось. Создали колхоз «Наш путь». Семья Борисовых вступила в него последней, ведь отец хотел работать на себя. Хутор его к тому времени расцвел: огромный сад, крепкая, самая лучшая в окрестности пшеница, ухоженная скотина. Хозяин долго держался, пока не припугнули, мол, о сыне подумай, его мигом из института отчислят и из комсомола попрут.

Когда Сергей вернулся, началась кампания по ликвидации колхозов — как раз вышла статья Сталина о головокружении от успехов. Тогда молодому человеку сложно было понять политику, которая проводилась в стране. Развозя навоз, а другой работы не было, он знал одно: надо ехать и устраиваться в городе. Старший брат к тому времени работал в строительной артели в Донецке. Он и позвал к себе Сергея. И вновь поиски работы по профессии ни к чему не привели. Пошел он возить щебень в артели, где и брат трудился, но тачки были настолько тяжелы, что валились на бок, буквально увлекая за собой работника. Погоревав, что ничего не получается, собрался Сергей вновь в деревню, пошел на вокзал за билетом и случайно зашел в государственный банк спросить, не нужны ли грамотные люди. И надо же, его взяли посыльным. Буквально через месяц вдумчивого, обязательного, серьезного работника заметили. Образование позволяло устроить его в отдел ведения лицевых счетов. Уже через пару лет Сергей Макарович стал заместителем директора банка, получил хороший оклад, женился. Кроме того, он пошел учиться в горный институт на металлообработку. К 1937 году жизнь наладилась. И вдруг директора арестовали. Вся ответственность за банк, а значит, и за финансовые операции, свалилась на Сергея. Молодой руководитель делал все, чтобы в счетах был полный порядок, но судьба уготовила ему новый поворот. Начался финансовый кризис, деньги из Москвы перестали поступать, а зарплату платить надо. Отсутствие наличных привело к тому, что Сергея Макаровича вызвали в органы НКВД с отчетом. Он все объяснил, представил документы. И хотя его выслушали и отпустили домой, волнения не отпускали. Вскоре он заболел, а врачи не видели другого выхода, как смена климата. Так вновь пришлось вернуться в Смоленск и опять искать работу. Однако, сразу после приезда на родину, Сергея Макаровича вызвали в военкомат. Учась в горном институте, он закончил военную кафедру, и теперь старшего лейтенанта Борисова призвали обучать допризывную молодежь. А в сентябре 1939 года для него началась война.

Командуя танковым экипажем, он воевал в Финляндии, а затем его часть перевели в Польшу, где он остался после заключения мирного договора с немцами. Вскоре туда же приехали жена с сыном и тесть. Сергей Макарович занялся вполне мирным делом — производством шерсти на местном заводе. Как заместителю директора ему выделили квартиру тут же, при администрации.

20 июня 1941 года пришлось ехать в командировку в соседний город. Предполагалось, что на несколько дней. Однако Сергею так хотелось домой, к семье, что управился очень быстро и в субботу уже вернулся. Вечером позвонил директор и рассказал, что для маевки, а она планировалась как раз на следующий день, все готово. Солдаты стоявшей в городе военной части должны были принять участие в массовых гуляниях. Ночью всю семью разбудил гул самолетов. Сергей Макарович по звуку определил, что это немцы. Только и успел соскочить с постели, как началась бомбежка. Авиаудар был нанесен как раз по казарме, солдаты выбегали в нижнем белье и попадали под очередные бомбы. Началась паника. Загорелся склад завода, где скопилось немало тюков с шерстью. Семья Борисовых, как и десятки других, собрав только необходимые документы, поехала на вокзал. Единственный поезд, отправлявшийся на восток, был забит до предела. Пришлось жену с сыном отправить одних, а самому вместе с другими русскими работниками пробираться к границе на грузовике.

Это путешествие к Москве длилось долго. Немцы наступали. Приходилось искать объездные проселочные дороги. А как раз под Ельней бежавшие из Польши солдаты и офицеры попали в окружение. Выручило то, что именно здесь Сергей жил, будучи студентом, тогда-то он и изучил все окрестности, все тропинки через леса и болота. Зато как радовались все, когда вышли наконец к своим. Но начались проверки, и пришлось доказывать, что они не предатели. И доказывать пришлось делом. Сергей Макарович был переброшен под Ленинград, командовать солдатами-строителями. Промозглой осенью по горло в болотной жиже прокладывали они железную дорогу в город на Неве, чтобы можно было доставлять туда продукты и медикаменты. И это было только начало долгого пути к Победе.

Всю войну прошел Сергей Макарович. Был командиром легендарной «катюши». Оттого теперь не слышит, что к вою снарядов и грохоту орудий тогда привык. Участвовал он и в освобождении Польши — тех самых мест, откуда когда-то отправился в долгий военный путь. А в 45-м на стене Рейхстага он собственноручно вывел: «Смерть немецким оккупантам».

Прямо из Берлина его «катюша» была переброшена на восток — воевать с Японией. И только после ее капитуляции он смог наконец вернуться домой. Жена с сыном выжили в том страшном поезде, который всю дорогу до Москвы проехал под бомбежками. Они дождались своего героя.

После войны Сергей Борисов как строитель, как грамотный хозяйственник восстанавливал заводы в Белоруссии, а чуть позже приехал в Искитим. Больше двух десятков лет отдал он котельно-радиаторному заводу, затем машиностроительному. А как только ушел на пенсию, возглавил ДОСААФ, передавая все свои знания молодежи.

В 2003 году в знак признания заслуг ветерана и в честь его столетия Сергей Макарович стал «Человеком года». День Победы для него — главный праздник. Он обязательно приходит на главную площадь Искитима к памятнику, чтобы еще раз вспомнить тех, кто до победы не дошел.
Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать