Террористов ждет неотвратимость

Беседа с депутатом Государственной думы Федерального собрания Российской Федерации, заместителем Председателя Комитета Государственной думы по безопасности Валентином БОБЫРЕВЫМ


— Валентин Васильевич, под занавес весенней сессии депутаты Государственной думы приняли ряд поправок к Закону «О противодействии терроризму». Что побудило парламентариев вернуться чуть ли не в экстренном порядке к этому закону?

— Вы совершенно правы в том, что в последнее время депутаты обращают более серьезное внимание на проблему законодательного обеспечения борьбы с терроризмом, но вместе с тем я бы не стал утверждать, что это происходит «в экстренном порядке». Это касается и Закона «О противодействии терроризму». Законопроектная деятельность по данной проблематике ведется планово и в строгом соответствии с регламентными нормами. А упомянутый вами законопроект был внесен в Государственную думу еще в 2005 году и прошел все стадии предварительного рассмотрения, поправки к нему были внесены в марте 2006 года, а в окончательной редакции законопроект был принят только в конце июня.

Вместе с тем терроризм остается одной из острейших проблем современности. Это, в частности, отмечается в Послании Президента Российской Федерации Федеральному собранию, и депутаты Государственной думы обязаны оперативно реагировать на вызовы террористической угрозы, а иногда и работать на опережение. Только так можно эффективно противостоять этой «чуме» двадцать первого века.

— Одна из поправок предполагает использование Вооруженных сил и спецподразделений за пределами России против террористов. Не означает ли это, что Россия будет проводить локальные войны на территории других государств? Каков механизм реализации таких операций? Разрешат ли нам другие страны пересекать их границы, использовать их территорию, транспорт?

— О каких локальных войнах на территории других государств можно говорить, если эти изменения вносятся в связи с принятием Федерального закона «О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма» и Федерального закона «О противодействии терроризму» и строго учитывают нормы международного права и международные договоры Российской Федерации в данной сфере. В соответствии с требованиями Конвенции государства-участники обязаны осуществлять тесное международное сотрудничество с тем, чтобы обеспечить неотвратимость реализации принципа «либо выдай, либо суди», предусмотрены конкретные обязательства государств-участников по обмену соответствующей информацией, проведению расследований и оказанию друг другу правовой помощи.

Кроме того, за пределами Российской Федерации по решению президента могут использоваться только подразделения спецназа ФСБ против террористов и их баз в целях устранения угрозы безопасности Российской Федерации и обеспечения защиты ее граждан. Принятие данной поправки создает правовое поле для предотвращения трагедий, аналогичных той, что произошла в Ираке в июне этого года, когда погибли российские дипломаты.

Вооруженные силы России могут использоваться за пределами страны только с разрешения Совета Федерации по представлению президента.
— Известно, что против тех террористов, которые скрылись от правосудия и отсиживаются «за бугром», трудно было предпринять какие-либо оперативные меры. А их деньги крутились в банках, принося высокий доход. Да и собственность их — виллы, яхты, лимузины — была по Конституции так же неприкосновенна, как и честных граждан. Что нового предполагает закон в связи с этим?

— Как я уже отметил, присоединение России к Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма создает новое правовое поле для обеспечения борьбы с террористами, которые скрываются за рубежом, в том числе открываются возможности активно использовать потенциал местных правоохранительных и общественных организаций.

Что касается финансовой составляющей терроризма, то в соответствии с внесенными поправками Уголовный кодекс Российской Федерации дополняется новой главой — конфискация имущества. Данная мера может применяться только по решению суда. Обращению в собственность государства подлежат деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения преступных действий либо используемое или предназначенное для финансирования терроризма и террористических организаций.

Кроме того, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации дополняется новой нормой, предполагающей, что в исключительных случаях судебное разбирательство по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях может производиться в отсутствии подсудимого, который скрывается за пределами России или уклоняется от явки в суд, при этом участие защитника в судебном разбирательстве обязательно. В случае явки обвиняемого в суд приговор или определение суда, вынесенные заочно, отменяются и судебное разбирательство производится в обычном порядке.

— Вы говорите, что к спецоперациям против террористов будут привлекаться армия, милиция. Но их действия тоже должны регламентироваться законом?

— Закон как раз и регламентирует их деятельность. В действующее законодательство вводится комплекс взаимосвязанных норм, касающихся правовых и организационных основ применения Вооруженных сил Российской Федерации в борьбе с терроризмом, регламентируется деятельность милиции, внутренних войск, специальных подразделений ФСБ, органов государственной власти субъектов Федерации и органов местного самоуправления в сфере предупреждения и борьбы с терроризмом, а также определяется административная ответственность за нарушение правового режима контртеррористической операции.

— В прессе в связи с принятием Закона «О противодействии терроризму» всплыло много документов об успешной антитеррористической деятельности наших спецподразделений на территории других государств. Упоминается, в частности, операция по уничтожению бывшего вице-президента Чечни Зелимхана Яндарбиева в Катаре. Выходит, и без нынешнего закона можно было осуществлять акции подобного рода?

— Я считаю, что любая деятельность представителей спецслужб, направленная на защиту национальных интересов и противодействие терроризму, должна иметь под собой законную правовую основу, что в значительной мере решается с принятием данных поправок.

— Недавно группа московских правозащитников выступила c заявлением, осуждающим новый закон. Их доводы: операции по устранению террористов на территории других государств неправомерны, так как суд не принимал в отношении их соответствующих решений. А устранение человека без суда и следствия — не гуманно. Ваше отношение к таким заявлениям?

— Никто не заявлял о том, что можно уничтожать людей без решения суда. Даже законное возмездие должно иметь под собой правовые основания. Для этого и вводится, как я уже отмечал ранее, понятие заочного осуждения по тяжким и особо тяжким преступлениям. Но если судебное решение есть, любой террорист в любой точке планеты должен ощущать неотвратимость наказания за свершенные деяния.

— Регламентирует ли новый закон деятельность прессы, в частности, сбор и порядок получения журналистами информации в ходе контртеррористических операций?

— Да, Закон Российской Федерации «О средствах массовой информации» дополняется положениями, в соответствии с которыми в условиях проведения контртеррористической операции порядок сбора и получения информации работниками СМИ определяется представителем оперативного штаба по управлению контртеррористической операцией. При этом может быть предусмотрен запрет на распространение в СМИ сведений, раскрывающих характер и тактику предполагаемых контропераций и создающих угрозу жизни и безопасности людей. Во многом принятие этой поправки обусловлено отрицательным опытом по освещению событий при захвате здания мюзикла «Норд-Ост» на Дубровке в 2002 году и событий в Беслане, когда через СМИ террористы получали исчерпывающую информацию об обстановке, складывающейся вокруг помещений, в которых они находились.

Хотелось бы отметить, что в целом принятые в ходе весенней сессии Государственной думы изменения в антитеррористическое законодательство страны будут способствовать дальнейшему улучшению правового обеспечения в сфере борьбы с терроризмом.
Материалы на эту тему
Поделиться:
Копировать