Он не отдыхал…

Великий русский писатель Александр Солженицын умер в ночь на понедельник на 90-м годужизни. А 14 лет назад он проезжал через наш город, когда вернулся в Россию.

Не стало Александра Солженицына

Великий русский писатель Александр Солженицын умер в ночь на понедельник на 90-м году жизни. А 14 лет назад он проезжал через наш город, когда вернулся в Россию. Корреспондент «Вечерки» Юрий Горбачев побеседовал тогда с сыном писателя Ермолаем, которому было в ту пору 23 года. Сегодня мы с небольшими сокращениями перепечатываем этот материал — кому как не сыну говорить об отце…

— Ермолай, было время, когда произведения вашего отца можно было прочесть лишь в перефотографированном или перепечатанном на машинке виде. Теперь книги Александра Исаевича Солженицына изданы в России. Проезжая по российским городам, вы почувствовали, что книги отца читают? Или его уже воспринимают просто как символ?

— По тому, как люди встречают, это очень чувствуется. Конечно, книги все-таки не были изданы в таком масштабе, в каком все надеялись. Потому что книгоиздательское дело в России в больших затруднениях, как и все остальные дела. В той же промышленности, например… Ну а то, что так много книг читают, — это видно по количеству автографов. Отец подписывает каждую книгу, которую ему приносят. В Иркутске после двухчасовой встречи только два с половиной часа давал автографы. Так что, конечно, чувствуется, что книги отца читают…

— Насколько известно нам, читателям, Александр Исаевич — человек гигантской работоспособности, умеющий организовать себя. А в пути он тоже продолжает работать?

— Когда он встречается с людьми, он очень тщательно все записывает. Он старается встречаться с людьми самых разных социальных слоев. Потом он свои впечатления от разговоров в конце дня обрабатывает. По-моему, как он мне уже не раз отвечал, он не то что готовит писательский труд об этой поездке, но это просто его привычка — он никогда не тратит попусту время, он всегда занят, у него всегда очень плотный график. Мы часто не поспеваем за ним. Приезжаем в город и гуляем по городу в большом темпе. Он очень плодотворно проводит время.

— А как он отдыхает в семье? Чем занимается в свободное время?

— Он не отдыхает. Он за последние три года очень пристально следил за политической ситуацией в России. За ситуацией в общественных делах, политических делах. Он всегда следит за литературой. Так что в то время, когда он не пишет, он занимается этим. Можно сказать — он отдыхает, работая…

— В одном из фильмов о вашей семье, в доме в Вермонте, была показана домашняя часовня — можно зайти, побыть одному. Почувствовать себя человеком православным.

— Я могу сказать о том, о чем по дороге уже много раз спрашивали отца. Наши с ним мнения в этом вопросе совпадают. Я согласен с отцом, что православие не может стать в России государственной религией. Потому что Россия — страна многих вер, многих религий. То, что происходит возрождение православия, я считаю, это хорошо, потому что люди прилагают усилия к восстановлению храмов. Это, по-моему, очень важно. И потом, православие более чем другие вероисповедания, в том числе и западные, которые сейчас развиваются здесь, связано с русской культурой. И все-таки я считаю, что должно быть разделение государства и церкви…

…Среди всех вновь возникающих государственных программ и целей первейшим правительственным долгом всегда должно оставаться: сбережение народа, обеспечение благоприятных условий для его физического благоденствия и нравственного здоровья. Народная бедность не может быть допущена ни в дозе «двух третей», ни «одной пятой».


…Однако простому, неподготовленному взгляду не доглядеть признаков защиты народной Нужды — ни в том, как ветшающие жилища миллионов утонули в прожорливой системе ЖКХ; ни в постоянных ценовых всплесках на потребительском рынке, мгновенно слизывающих все надбавки и лишающих людей всякого спокойствия.


За годы же после моего визита в Россию я был свидетелем подавления новоявленных очагов местного самоуправления — то губернаторами, то губернскими советниками, всегда — отказами в финансовой помощи, а ни от одной Государственной думы не возник в поддержку местных самоуправлений ни один четкий, дельный, благоприятный закон. (Небрежность? Ревность?)

Если мы не научимся брать в свои руки и деятельно обеспечивать близкие, жизненные наши нужды, а всегда отдавать их на милость далеких, высоких бюрократов, — не видать нам благоденствия ни при каких золотовалютных запасах…

Александр СОЛЖЕНИЦЫН


Кем для вас был Александр Солженицын?

Борис Ткачук, 31 год:

— Я лично прочёл «Архипелаг ГУЛАГ» на одном дыхании. В девяностые годы. Да и не раз перечитывал. Это произведение сильно перепахало моё мировоззрение. А вот «Один день Ивана Денисовича» прочёл без особого интереса. Оно не слишком меня тронуло. Сказалась, видимо, масса прочитанной лагерной литературы. Да и многое из написанного им мне откровенно не по нутру. Но всё равно я его считаю величайшим писателем ХХ века.

Екатерина Сафронова, 16 лет, школьница:

— Признаться честно, я не читала Солженицина. Возможно, не доросла… Честно попыталась начать читать «В круге первом», но не осилила. Слишком уж мне язык показался сложным… Но когда немножко подрасту, обязательно прочитаю. Кстати, я была очень удивлена, что Александр Солженицын в свое время успел поработать преподавателем математики. Казалось бы, наука вовсе не сопоставимая с литературой…

Лидия Аярова, преподаватель литературы:

— Наверное, каждый из нас однажды находит такого писателя, которого можно перечитывать бесконечно. Изначально для меня таким писателем был Чехов с его простотой и краткостью. Но позже я поняла что сложный Солженицын мне гораздо ближе. Казалось бы, два совершенно полярных автора. Один писал короткие, но емкие рассказы. Другой — произведения крупной формы, развернутые, огромные, как вселенная… Александр Солженицын, это человек, который своими произведениями повлиял на историю… Только такие выдающиеся люди искусства могут дожить до таких лет… Потому что работа с текстами, будь то анализ, создание или просто чтение, обречены на долгое существование.

Андрей Жалсанов, 42 года, историк:

Во-первых он мой земляк. А во вторых, человек, который очень близок мне по духу. Он много сделал, чтобы советский строй пал, и тот действительно пал. Он не был либералом, он был правым консерватором, выступал за усиление роли церкви в жизни общества.

Денис Берсенев, 20 лет, студент:

— Читал только «Матренин двор». Но впечатления были сильные, скажу я вам… Может быть, в ближайшем будущем смогу прочитать, что-нибудь еще, да только катастрофически не хватает времени.

Александра Сторожилова, 34 года:

— Солженицын — великий писатель. Кроме того, это просто очень образованный и умный человек. Недаром же его зовут пророком. Не знаю, появится ли когда-нибудь на свет такой же талантливый человек, который своими произведениями сможет поменять историю.

Новосибирцев расспрашивала
Маня Черешнева

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать