Мир Виктора Лагуны

На протяжении вот уже полувека работы сибирского мастера — сияющие купола, кружево берез, сказочные лики царевен и богатырей — украшают лучшие галереи мира, представляющие современное искусство.

«Моя любовь, сущность, вера — это, прежде всего, Древняя Русь», — говорит художник

Виктор Лагуна

Художник Виктор Лагуна вот уже более полувека живёт и трудится в Новосибирске. Однако его картины побывали во многих точках земного шара: экспонировались на международных выставках в Пакистане, США, Бельгии, Югославии, ГДР, Финляндии, Японии, ФРГ. Многие его работы находятся в частных коллекциях — например, американского учёного Джозефа Форда или экс-президента Франции Шарля де Голля. Книги, оформленные художником («Сказки Пушкина», «Русские сказки Сибири», «Русские народные сказки») до сих пор являются гордостью Западно-Сибирского книжного издательства.

«Здесь не просто русский дух, здесь — сама Русь!.. — писал о работах Виктора Лагуны известный филолог Михаил Мельников, посетивший его мастерскую. — Ну кто бы мог подумать, что несколько пролётов в узенькой лестнице, само воплощение сереньких будней, приведут в щедрое царство удивительных сюжетов и удивительных красок, откроют такой бескрайний горизонт творчества, от которого дух захватывает!»

В 2008 году исполняется 50 лет со дня вступления Виктора Лагуны в Союз художников России. На протяжении вот уже полувека работы сибирского мастера — сияющие купола, кружево берез, сказочные лики царевен и богатырей — украшают лучшие галереи мира, представляющие современное искусство. Занятия живописью Виктору Лагуне приходилось совмещать с большими общественными нагрузками: в течение многих лет он возглавлял новосибирскую организацию Союза художников, избирался в руководящие органы съездов художников СССР, Союза художников РСФСР, был депутатом Новосибирского городского и областного Советов… Под его руководством новосибирская организация Союза художников занимала первое место в масштабах СССР по многим компонентам — таким как участие в вернисажах, открытие новых картинных галерей, в том числе в сибирской глубинке, работа с детьми (самыми юными и простодушными ценителями живописи).

…А начиналось все с Палехского художественного училища имени Горького, с известнейших во всем мире мастерских иконописи и лаковой миниатюры.

Царевна Лебедь

— В юности рисовать мне было некогда: ведь это были трудные военные годы, — вспоминает художник. — В мои обязанности входила уйма всяческих домашних и школьных дел. Но, может, гены сыграли добрую роль, а может, Господь Бог послал озарение свыше… На моем жизненном пути я встретил людей, которые приехали из Палеха, и, недолго думая, отправился туда, за тридевять земель, поступать в Палехское художественное училище. Конкурс был совершенно дикий — в этот край съехались парни из самых разных уголков мира. А я прошел все испытания на «отлично», хотя прежде ни в каких студиях не обучался.

В 1955 году Виктор Лагуна окончил училище (председателем дипломной комиссии был знаменитый Павел Корин) и вернулся в Новосибирск. Ни квартиры, ни мастерской — ничего у молодого художника тогда еще не было, кроме договора с Министерством культуры на создание работы «Расцветай, Сибирь». Работу эту Виктор Лагуна делал в полуподвале дома на улице Чехова, «из окна которого были видны только пятки прохожих».

В 50-е годы было положено начало серии колоссальных по своему размаху выставок «Советская Россия», проходивших в московском Манеже, — участие в этих мероприятиях являлось как бы особым знаком качества. Работа Виктора Лагуны «Расцветай, Сибирь» была принята на выставку единогласно. Картины нашего земляка побывали также на VI Всемирном фестивале молодежи и студентов в Москве, на выставках в Лейпциге, во Франкфурте-на-Майне… А в 1958 году Виктор Лагуна был принят в члены Союза художников СССР.

Аленький цветочек

— По дате вступления в Союз среди новосибирских художников старше меня нет никого, — говорит Виктор Николаевич. — Можно сказать, перед вами сидит этакий ихтиозавр — правда, довольно сносно сохранившийся. За истекшие полвека, думаю, мне кое-что удалось сделать для родного города, поэтому, пользуясь случаем, хочу сказать слова искренней благодарности, донести до горожан, моих земляков, одну очень важную мысль: Новосибирск — это чрезвычайно серьезно, Новосибирск — это совершенно удивительно, Новосибирск — это, как выразился мой давний учитель, очень и очень пристойно! Прежде всего — особое внутреннее достоинство, стать, степенность во всем: в поведении людей, в облике улиц и площадей. Академгородок, Красный проспект, театр — все поражает своей масштабностью! Душевное созвучие с родным городом согревает меня вот уже многие годы. Где бы я ни был — в Москве, на Кубе, в Италии — мне всегда хочется побыстрее вернуться домой.

Тот, кто любовался картинами Виктора Лагуны, наверняка помнит потрясающей красоты дворцы, боярские палаты, храмы… Как оценивает художник современный облик нашего города? Удалось ли Новосибирску сохранить своеобразие, гармонию, красоту?

— Это своеобразие, к большому сожаленью, хиреет год от года, — считает Виктор Лагуна. — Тут уж я могу только напомнить простую истину: в каждом деле важен профессионализм. Когда банальное желание урвать куш берет верх над прочими соображениями, любое дело приходит в упадок. Боюсь, жажда наживы погубит Россию, наш безумно талантливый русский народ… Что же касается картин, могу вас уверить: все эти нарисованные дворцы, храмы были изобретены моим воображением. Нигде в мире вы не найдете таких улиц, перекрестков, площадей, как на моих картинах «Русский мотив», «Белые соборы», «Русь златоглавая». Как-то раз академик-архитектор Анатолий Валовик сказал по поводу одной моей работы: «По вашему эскизу можно строить новый древний русский город!» Этот отзыв профессионала с большой буквы очень и очень для меня дорог.

В конце 70-х годов для художника наступила пора работы над книгами.

Золотой петушок

— Если вы смотрели мои сказки внимательно, вы наверняка заметили: у меня нет ни одного сюжета, в котором пахло бы кровью или чем-то недобрым, — размышляет Виктор Николаевич. — Ведь художник создан для того, чтобы сеять разумное, ясное, светлое. «Кормить» ребенка ужасами, я считаю, преступно. Боже сохрани, чтобы ребенок любил ужасы, страхи — нечто такое, чего в жизни не бывает! Когда я иллюстрировал «Аленький цветочек», я должен был нарисовать Зверя лесного — Чудо морское, но решиться на это дело мне было очень трудно. В конце концов, я изобразил «спящее» чудище: уложил его наземь, закрыл лик, и тем самым проблема была решена.

Первая работа, которую Западно-Сибирское книжное издательство предложило Виктору Лагуне, — оформление «Русских сказок Сибири». Эти сказки тотчас же после выхода в свет попали на книжные выставки во Франкфурте-на-Майне, в Болонье, на международную выставку книги в Москве. Греческие и японские предприниматели выразили желание переиздать книгу, но, к сожалению, какие-то политические рифы помешали этому проекту состояться. Зато в 1982 году, когда практически была завершена работа над серией сказочных картин, посвященных Пушкину, художник получил приглашение из пионерлагеря «Артек».

— Представьте себе: Дворец пионеров, где отдыхают дети со всего земного шара… Какая ответственность на тебя ложится! — рассказывает Виктор Лагуна. — А детишки там были неугомонные, в особенности маленькие американцы: так и норовили пошуметь, поозорничать. И вдруг, переступив порог Дворца пионеров, они видят выставку. Я до сих пор не понимаю, что же именно произвело на них впечатление: магия Пушкина? или мне, в самом деле, удалось донести что-то необыкновенное… Абсолютно сразу наступило полное молчание! Я считаю, Пушкин всемогущ. Ведь даже те американские дети, которые никогда в жизни его книг не читали, почувствовали: в пушкинских темах таится нечто исключительно важное, несущее в себе красоту, достоинство, мощь.

В течение трех сезонов «Артек» приглашал художника на международные смены, а несколько его картин до сих пор украшают артековскую столовую. Надо сказать, «пушкинские» работы Виктора Лагуны понравились не только детям, но получили самую высокую оценку бывалых критиков. Михаил Мельников подчеркивает: «После тысяч и тысяч художественных осмыслений Пушкина трудно сказать принципиально новое слово». Виктору Лагуне это слово найти удалось. Недаром, спустя много лет, за участие в выставке, проводившейся к 200-летию со дня рождения поэта, художник получил благодарность от Министерства культуры Российской Федерации…

Считается, что хоть раз в жизни каждый мастер-живописец мечтает побывать в Италии. Когда Виктор Лагуна готовил свою персональную благотворительную выставку («Искусство и солидарность без границ», Италия, 1991), он работал по 18 часов в день, так что семья видела художника только спящим. В Сан-Микеле, в одной из лучших галерей мира, экспонировалась 121 авторская работа, был издан роскошный каталог, внушительный альбом репродукций — для сибирского творческого союза издание подобного качества было чем-то из области «золотой мечты»…

— Мы, художники, народ «бессловесный», — говорит Виктор Лагуна. — Получаем приглашения, вывозим картины за рубеж. Таким образом, имя нашего города, упомянутое на этикетках картин, облетает весь мир.

Десятилетия упорного труда, участие в масштабных проектах принесли Виктору Лагуне широкое признание. Так, Российская академия художеств наградила его дипломом за выдающийся вклад в развитие изобразительного искусства Сибири, а Академия наук России посвятила большую статью циклу картин «Русь моя светлая». Весьма характерно отреагировала на творчество нашего земляка знаменитая Елена Образцова: когда певица впервые переступила порог мастерской художника, она в восхищении воскликнула: «Какая благостная аура!» Наверное, в этих трех словах отразилась самая неуловимая, самая яркая особенность сибирского сказочника.

— Сегодня я живу в предчувствии новых картин, готовлю новый холст, — говорит Виктор Лагуна. — У меня есть мой мир — я его пою, я его берегу. Моя любовь, сущность, вера — это, прежде всего, Древняя Русь. И пусть темы выставок прошлых лет были разнообразны, подспудно в течение всей жизни я работал именно на эту, самую главную и дорогую для меня тему.

Поделиться:
Копировать