Самый обычный особенный год

2008-й для Сергея Аванасьеваи его театра — год особенный, сразу два юбилея: 20 лет — театру, 50 — режиссеру, переезд в новое театральное здание, новые театральные проекты, новые имена…

Когда Сергея Афанасьева просят выступить на каком-нибудь хорошем мероприятии, он с непременной улыбкой уточняет: «Как кто?» Как художественный руководитель и главный режиссер театра? Как ректор Театрального института? Или, может быть, как председатель правления Новосибирского союза театральных деятелей, или руководитель Гильдии режиссеров драматических театров Сибирского федерального округа?

2008-й для режиссера и его театра — год особенный, сразу два юбилея: 20 лет — театру, 50 — режиссеру, переезд в новое театральное здание, новые театральные проекты, новые имена… Впрочем, как говорит Сергей Афанасьев, у него и его актеров каждый год — особенный. Обо «всем особенном» и состоялся разговор с юбиляром.

— Если позволите, начнем с театра. Вы, действительно в этом году наконец-то переедете?

— Окончательные сроки завершения строительства были обозначены и озвучены на одном из заседаний мэрии — это декабрь 2008 года. Потом, думаю, нам еще некоторое время придется пожить «на два дома». Как вы понимаете, нельзя так вот просто взять и перенести спектакли с одной площадки на другую. Будет разработана специальная программа, которая позволит нам в течение нескольких месяцев, не утрачивая зрительского интереса, наработать новый репертуар и приспособить наши спектакли под новые условия. Но все это хлопоты приятные. И, думаю, мы сможем освоить площадку и запустить здание в достаточно короткие сроки после сдачи его в эксплуатацию.

— Связана ли ваша программа «10 лучших режиссеров», которую вы начали с приглашения Александра Баргмана, с «переездными настроениями» и необходимостью расширения репертуара?

— Отчасти да. К тому же я за двадцать лет успел надоесть своим актерам, и надо дать им возможность поработать с другими хорошими постановщиками. Идея приглашать для постановок лучших режиссеров вполне серьезна. Она настолько же серьезна, как мои намерения сотрудничать с Шемякиным по части росписи купола нового театрального здания.

Поначалу идея с куполом казалась абсурдной, но потом оказалось, что все вполне осуществимо. То же самое будет и здесь. Единственное условие, что лучших режиссеров буду определять я сам. Поскольку это мой театр, моя школа, и я хочу, чтобы мой вкус в этом смысле был определяющим. Александр Баргман играл на нашей сцене свой моноспектакль «Головокружение», мы познакомились и подружились. И он дал согласие и поставил в театре спектакль «Карл и Анна». Кто будет следующим, я не знаю. Список у меня примерный, жестких договоренностей нет. Хорошие режиссеры, как известно, заняты. Но будем работать в этом направлении. К тому же список лучших режиссеров не складывается однажды и навсегда. Хорошие режиссеры имеют обыкновение появляться. Появился — иди сюда…

— В этом году «выйдут в люди» первые 65 выпускников вашего вуза. Есть ли у вас хотя бы примерная информация об их планах?

— Им предстоит пройти череду искушений, через которую и должны пройти молодые артисты. Наши выпускники востребованы, в этом году тоже есть творческие заявки из разных городов, примерно половина каждого курса уезжает в Москву и разбредается там по сериалам. Подчас выпускники обманываются в своих надеждах. И тут я тоже не особенно возражаю. Потому что в этой профессии каждый должен сам набить себе шишки. И потом уже выстраивать какой-то сознательный путь.

Объяснить, что Новосибирск сегодня — самый перспективный из нестоличных развивающихся городов, а может, он конкурентоспособен со столицами — очень сложно. Надо, чтобы люди, посмотрев мир, поездив, поработав там-сям, вернулись сюда. Думаю, что, пройдя через искушение, вернутся. А для того, чтобы как-то удержать наших ребят, мы решили создать в городе новый театр. Уже намечено место театра, намечены деньги, и мы сегодня пытаемся сформировать труппу.

Мы хотим открыть его в Кировском районе, где есть пустующие дома культуры. Основные «очаги культуры» города, как известно, расположены в его центральной части. Это будет своего рода культурное освоение левобережья…

— Как обстоит дело с открытием при Театральном институте факультетов режиссуры и кинематографии?

— В 2010 году мы, думаю, откроем режиссерский факультет…

Связано ли как-то с этим создание вами Гильдии режиссеров?

— Безусловно, но достаточно косвенно. Одна из посылок, которая легла в основание гильдии, — это необходимость подкрепиться ходатайством режиссеров региона в том, чтобы при институте такой факультет был открыт. Эту поддержку я получил на первой же встрече. Режиссеры понимают, что нас не так много на огромном пространстве Сибири на такое огромное количество сибирских городов.

Из столицы к нам никто не едет. Раньше хотя бы ехали неудачники, теперь даже неудачникам находится место на столичном театральном пространстве. А здесь люди живут, используя кустарный, самодеятельный опыт в плане режиссуры. Наше поколение стареет, новое не приходит. Об этом надо задуматься. И Гильдия режиссеров, как никто, должна быть заинтересована, чтобы у нее, как у гильдии, было развитие и продолжение.

— В чем главная цель ее создания?

— Объединить усилия по интеграции театрального пространства Сибири. Мы должны знать друг друга в лицо, должны быть благорасположены друг к другу, мы должны иметь возможность пригласить друг друга в гости. Как на постановку, так и на товарищескую встречу. Мы должны объединять свои идеологические усилия по части развития театра Сибири, в главной части его творческой составляющей. Мы зарегистрировались и провели свою первую встречу в феврале. Очередное заседание будет осенью в Омске.

— В чем вы видите главную причину того, что у половины театров нет главных режиссеров?

— Прежде всего это связано с тем, что сам институт главных режиссеров себя скомпрометировал. Режиссеры стали жить не по любви, а за деньги. Когда-то для режиссера было самое главное — найти выход для своих творческих сил, своей творческой энергии. Сейчас режиссеры хотят за это еще и получать серьезные деньги. И такие возможности появились. Поехать в провинцию, или не в провинцию, скосить там несколько тысяч долларов за достаточно нетрудоемкий спектакль.

Зачем же утруждаться, везти на себе груз главного режиссера? Тем более что театры сейчас находятся в чудовищном состоянии, и труппы, и творческий состав. Добавьте к этому постоянные конфликты с директорами и с администрациями, непонятную политику государства по отношению к театрам, непонятную политику вообще в области театра. И главное, что размыты моральные и нравственные ценности. Страна не дает некоего вектора направленности таланту, а это значит, что, как правило, режиссер не совпадает с директором в представлениях об эстетическом лице театра.

— С вашей легкой руки последнее время много говорится о необходимости развития новосибирского кинематографа, в том числе игрового. Вы действительно считаете, что у города есть серьезные перспективы в этом плане?

— В Новосибирске, прежде всего, есть люди, которые могут сегодня организовать в городе процесс кинопроизводства. Есть актеры, режиссеры, операторы, можно найти художников. Есть такие титаны кинопроизводства, как Юрий Шиллер, Владимир Эйснер, Игорь Тирский, Валерий Соломин…

Многие наши кинематографисты имеют вгиковское образование. Юрий Шиллер заканчивал факультет игрового кино, сегодня, я знаю, он наконец-то приступает к съемкам художественного кино. То есть город располагает мощной кадровой базой для того, чтобы кино существовало. Только не хватает смелости сегодня у кого-то снимать, у кого-то вкладывать деньги в кинопроизводство, или смелости у властей поощрить начало развития этой индустрии, как поощряется развитие разных других индустрий мелкого и среднего бизнеса.

И если бы в городе была своя киностудия, то, я убежден, она была бы загружена кинопроизводством по самую маковку. Снимать сегодня на территории Сибири, не в Москве, в десятки раз дешевле. И, если бы здесь была нормальная база, сюда бы поехали кинематографисты и из столиц, и из-за рубежа. Потому что у нас есть прекрасная натура, есть великолепные актеры… Конечно, мы бы наладили связи с питерскими, московскими студиями, поскольку живем в век интеграции, и без системы интеграции сегодня не может существовать не одно производство. Главное, нужны деньги. А вот по поводу денег интегрироваться очень сложно.

— Смотрели ли вы игровые полнометражные фильмы молодого новосибирского режиссера Филиппа Дмитриева, где, кстати, играют студенты вашего института? И как вы к ним относитесь?

— Не смотрел. Но к любой творческой инициативе изначально отношусь положительно. Когда люди что-то пытаются делать — если это не педофилия, не наркомания и не торговля оружием, — то это хорошо. Кино при изменившихся технологиях в принципе сегодня может снять каждый. Другое дело, что не каждое кино будет востребовано.

Есть пирожки, которые уходят влет, и пирожки, которые никто не ест. Каждый может испечь пирожок, но кино — это продукт, который надо продавать. И если оно не будет пользоваться спросом, то и останется чьими-то домашними радостями. Я не собираюсь организовывать этот непрофессиональный процесс кинопроизводства, мне это неинтересно, я говорю о производстве настоящего, конкурентоспособного, профессионального игрового кино.


В 1992-м Сергей Афанасьев снял свой пока единственный полноформатный художественный фильм «Стерва», который имел всесоюзный прокат. С тех пор кино в его жизни не случалось. Хотя от идеи «внедриться в кинопроизводство и наладить его в Новосибирске» он не отказался. В режиссерском портфеле — несколько готовых сценариев. Точной даты, «когда же, наконец», он не озвучивает, но с улыбкой говорит, что следующий фильм непременно «станет новым словом в кинематографе».

Что касается театральных дел, то в работе — постановка спектакля по пьесе Чехова «Три сестры». В театре Афанасьева спектакль будет называться «3 сес.3». Это, кстати, последняя из пьес Чехова, которые еще не ставились на этой сцене. Все остальные уже были, включая нашумевший русско-французский проект «Вишневый сад».

В канун юбилея режиссеру присвоено звание заслуженного деятеля искусств России.

Поделиться:
Копировать