Жестокий дар свободы воли

Колебания от индивидуализма к коллективизму означают, что человек не хочет, боится брать свою свободу в свои руки. Он предпочитает, чтобы за него основные вопросы решали другие. Это удобно.

Жизнь есть вечная переменная борьба между тем, что я хочу, и тем, чего хочет животное, в котором я живу.

Ксавье де Местр

Хочется представить маленький философский этюд.

После того, как человеческое общество начало развиваться все быстрее и быстрее, разогнавшись до таких скоростей, что приходящие в этот мир видят совершенно не то, что видели их родители, появился и закрепился индивидуализм. Он то усиливался, то почти исчезал, но никогда не уходил совсем.

Колебания от индивидуализма к коллективизму означают, что человек не хочет, боится брать свою свободу в свои руки. Он предпочитает, чтобы за него основные вопросы решали другие. Это удобно.

Еще пятьсот лет назад в эпоху Возрождения вовсю зазвучало слово гуманистов о том, что у человека есть свобода воли. О ней писали Лоренцо Валла и Эразм Роттердамский. Вопрос состоял в том, оставил ли Бог человеку свободу или нет, и это был спор с громадным авторитетом св. Августина, который говорил, что ни один волос не упадет с головы человека без промысла Божия. В России примерно в это же время рассуждали о самовластии души. Есть у нее власть над собой или нет?

Все упирается в проблему личности. Если человек личность — он стал ею благодаря свободе воли, он принимал трудные решения и формировал себя как единственного и неповторимого. Он должен остерегаться зла и творить добро, потому что зло разлагает личность. Но для этого он должен был обладать свободой выбора, иначе его движение к совершенству не более значимо, чем движение ручейка, который течет вниз и не выбирает пути. Человек становится личностью, когда (если продолжить сравнение) течет вверх. Это его выбор. Пусть иногда глупый, но его собственный.

Бог, конечно же, мог сотворить человека с встроенной системой добродетели. Бог мог не допустить, чтобы люди так безобразно вели себя на земле и по отношению к самой земле, и по отношению друг к другу. Почему же Он не сделал этого? Единственный разумный ответ: потому что тогда люди не были бы людьми. Они были бы частью не осознающей себя окружающей нас природы. И человек это инстинктивно чувствует и боится потерять свою свободу.

Но эта свобода все время стиснута изнутри и извне. Человека точат страсти находящегося в нем животного, которое вовсе не хочет знать о каких-то правилах и ограничениях. Когда оно полностью берет верх над своим хозяином, человек превращается в тело. Извне человека давит общество, которое пронизано определенными правилами, нормами, обычаями и т. д., и государство с его силовыми структурами. В свое время знаменитый английский философ Гоббс назвал государство Левиафаном (это страшный морской змей, который не знает естественных противников) — если продолжить сравнение, то извне человека может поглотить другое животное. А человек колотится посередине. Гоббс считал, что естественное состояние человека — это состояние войны всех против всех. И только государство организует перемирие. Но оно же и подавляет волю человека.

Человек, который хочет оставаться человеком, должен идти по раскачивающемуся канату между двумя животными.

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать