Шесть часов потратили два юриста, чтобы подать в милицию заявление о краже

За четыре часа потерпевший сделал шесть звонков с просьбой принять сообщение о краже, но дежурный только тянул время.

Адвокаты тоже иногда бывают потерпевшими.

Не далее как в прошлый четверг, 15 ноября, мы с приятелем (он бывший судья, а ныне адвокат) В. Тороповым зашли перекусить в «РОСТИК-с», что расположен на площади Калинина. Посетителей было немного. Мы сидели вдвоём за столиком. Через 20 минут парень неприметного вида стал снимать с вешалки свою куртку, подозрительно долго копаясь прямо за спиной моего приятеля. А когда отошёл, мой приятель забеспокоился, начал искать сотовый телефон, но ни в портфеле, ни в кармане пальто его не обнаружил. В это время к нам подошли две официантки и спросили: «Вы, наверное, ищете сотовый?.. Так его украл тот парень. Он часто здесь промышляет».

Но самое неожиданное началось потом. Мой товарищ, естественно, расстроился: телефон дорогой — 12 тысяч рублей, куплен недавно. Он тотчас позвонил дежурному Заельцовского РУВД (времени было около 17 часов), сообщив о хищении, на что ему странным образом посоветовали… ехать домой и ждать прибытия сотрудника милиции. Растерявшийся адвокат согласился, хотя мы впервые слышали такой совет. И моему приятелю, и мне как бывшему сотруднику прокуратуры и тоже адвокату известны правила уголовного процесса в части подачи заявления гражданами о совершенном преступлении и его оформления правоохранительными органами. Приятель попросил меня быть свидетелем события, и я согласился подождать приезда сотрудников милиции у него дома.

Итак, ждём полчаса. На следующий звонок дежурный уверенно внушает, что приезжать в РУВД не нужно: мол, ждите. Ждём-с. Прошло ещё полчаса. Я посоветовал приятелю сообщить о краже дежурному по городу — тогда сообщение зафиксируют. Однако женский голос ловко нас отфутболил: «Звоните еще в Заельцовский РУВД!»

В 19 часов адвокат опять звонит дежурному и робко спрашивает, что же ему делать. «Ждите, оперативник скоро освободится». Ждём ещё час. В 20 часов дежурный вновь упорно и уверенно убеждает: «Сотрудники едут уже». Прошёл ещё час. Я уже понял, что нас «разводят» классически. Прошёл ещё час, и тут моего приятеля захлестнули эмоции. В 21 час он (так как дежурный продолжал упрямо отговаривать от визита в милицию) потребовал милиционера представиться — сообщить звание и фамилию. Тот вынужден был сообщить: старший лейтенант Маскевич Константин Владимирович.

Таким образом, в течение четырёх часов с момента кражи потерпевший сделал шесть безрезультативных звонков с просьбой принять сообщение, ожидая помощи, но дежурный не только упирался, но явно по отработанной схеме тянул время. Расчёт простой: наступит вечер, а там и ночь, не всякий обыватель решится лично ехать в РУВД, а на следующий день, глядишь, и совсем передумает. Так доблестный защитник прав граждан оградил себя от лишней работы — уменьшил число нераскрытых краж. Однако на этот раз дежурный промахнулся — не на того напал.

Мы вместе явились в РУВД в 21.40. Встретили нас неласково: двери на замках, за непрозрачным стеклом забаррикадировались защитники правопорядка. Пришлось звонить по местной «вертушке» и долго уговаривать принять заявление о краже. Через 10–15 минут из-за двери показывается опер (как позже установили — лейтенант А. С. Мозолёв). Явно недовольный нашим упорством, он спросил моего товарища, что случилось, а на мою попытку пройти следом грубо заявил: «Ты кто?» — «Свидетель». — «А что ты мог видеть?» — «Что видел, то и расскажу». — «Я тебя сейчас кой-куда отведу, тогда узнаешь«. И захлопнул передо мной дверь. Я устало облокотился перед грозно-таинственным стеклом, в котором вдруг образовалось окошечко, откуда рявкнул дежурный: «Ну-ка, отойди! Здесь тебе не прилавок!»

Между тем в «предбаннике» томилось несколько горемык — свидетелей и заявителей. Через 40 минут моего приятеля выпустили: «Сказали, чтоб ждал дежурного следователя». Пришлось ждать ещё около часа — до одиннадцати часов… Дважды выходили покурить на свежий воздух дежурный и его помощник. Вид у них был бравый: мол, держись, преступность!

Наконец через час вышла милая и приветливая девушка — дежурный следователь — с целью «отобрать объяснение» у потерпевшего. «Отбирала« она его около часа. В это время предыдущий сонный опер вместо того, чтобы отправиться в «РОСТИК-с», оперативно опросить официанток и принять меры к поиску правонарушителя, с кислой миной уточнил мои анкетные данные и совсем сник, когда понял, что перед ним не обыватель, а бывший помощник прокурора Заельцовского района, да ещё по надзору за доблестной милицией.

Наконец в полночь мы вышли с приятелем из РУВД с чувством исполненного долга.

Каково же обывателю, не знающему всех тонкостей уголовного процесса, если нам, профессионалам, пришлось дежурного уговаривать целых шесть часов принять заявление о преступлении? Так что недавние советы новосибирцам главного милиционера города со страниц «Вечёрки» как можно быстрее сообщать о преступлении, что поможет его раскрытию, звучат насмешкой…

Валентин ЧЕРНЫХАЕВ,
юрист «Вечернего Новосибирска»

Поделиться:
Копировать