Без права на ошибку

Представляя работу следователя, мы часто воображаем погони, засады, перестрелки, схватки. Но об этом у нас с подполковником милиции Евгенией Нестеренко и слова не было. Точное соблюдение требований закона, четкое отражение всех действий в документах, да, так. Но по своей сути следователь изучает человека, он не может не быть психологом.

Главное в работе следователя, считает подполковник милиции Евгения Нестеренко, — это не привлечь невиновного

Как не спросить у женщины-следователя про ее экранных двойников. Например, про обаятельную Марию Швецову из сериала «Тайны следствия».

Фото Ирины ТИМОФЕЕВОЙ

— В фильме, как бы мягче сказать, многое приукрашено, кино — не жизнь, для зрителя, не для суда… На самом деле у нас много бумажной работы, тщательной. Не там запятую в обвинительном поставишь, и получится, как в известном «казнить нельзя помиловать». Мне удается, правда, редко, посмотреть детективы. А вообще мне этих «тайн» в жизни хватает…

Не без иронии прозвучал ответ, что, впрочем, понятно. Подполковник Евгения Нестеренко — заместитель начальника следственного отдела Главного управления МВД по Сибирскому федеральному округу, начальник отделения по расследованию преступлений в сфере экономики. Такая профессия, когда приходится фиксировать каждый шаг, каждый вопрос и действие — следственное.

Она окончила школу с золотой медалью. Мог быть и красный диплом очень престижного Свердловского юридического института, но единственная четверка помешала… По истории КПСС. Жесткая преподавательница скрупулезно отмечала именно посещаемость, ревниво следила, чтобы отвечали по ее лекциям. На экзамене у Евгении спросила: «Чем отличается коренной перелом от крутого поворота в истории»? «Я ответила по Далю, а надо было, как у ней». Такой анекдот! Хотя как посмотреть, вопрос в самую точку, если «с точки зрения марксизма-ленинизма» и исторического момента: как раз этот то ли поворот, то ли перелом наступил — начало девяностых…

После первого курса и стройотряда она попала на практику в райотдел, там же, в Свердловске, полгода помогала в дежурной части. И уходить уже не захотела. Так дальше все и пошло: днем лекции, вечером помогала в следствии. К моменту получения диплома уже был следовательский стаж. Видимо, те начальники что-то разглядели в юной студентке. Кстати, один из них теперь руководитель следствия в Главном управлении МВД по Уральскому федеральному округу, другой — заместитель министра внутренних дел.

— Повезло с людьми: мне, рядовому ППС, так меня оформили, доверяли расследовать мелкие дела, например — о подделке документов, водительских прав, потом сложнее, — вспоминает Евгения Анатольевна. — Работала много, коллеги помогали советами. Сдавала в месяц столько дел, сколько было положено при существовавшей тогда системе оценки работы милиции.

…Уже капитаном, она перебралась в Новосибирск, к сестре-врачу, чуть ближе к родителям, которые так и живут в Усть-Каменогорске, но уже в другом государстве. Будущий муж, тоже сотрудник милиции, приехал следом. Сейчас он уже на гражданской работе, выработал стаж в органах внутренних дел. Сыну одиннадцать лет.

…Представляя работу следователя, мы часто воображаем погони, засады, перестрелки, схватки. Нет, об этом и слова у нас с Евгенией Анатольевной не было. Точное соблюдение требований закона, четкое отражение всех действий в документах, да, так. Но по самой глубинной своей сути следователь изучает человека, он не может не быть психологом. Чтобы узнать правду, надо войти в доверие. А люди, извините, врут, изворачиваются.

— Особенно подследственные по коррупционным делам, люди грамотные, юридически и экономически подкованные. Да, лгут, но по человеку все равно видно — обманывает он или нет. Бывают странные случаи. Разбойное нападение на кооператив: сторожа связали, скотчем заклеили рот. Потом оказалось, он сам наводчик. Нашли свидетеля, который видел сторожа с подозреваемыми, они ему деньги передали.

 — Если постоянно общаться, с нечестными, жестокими, со всякими, извините, сволочами, можно разочароваться в человеке вообще. Но, наверное, есть и оступившиеся, можно и пожалеть в душе.

— Профессия не позволяет жалеть открыто. А люди очень разные. Было одно дело. Молодые мужчины снимали квартиры и потом по поддельным документам сдавали их другим людям по нескольку раз за день. Все личности, все разные. Один начитан, рисует великолепно. Другой из хорошей семьи, воспитан, внимателен, любезен. Третий — наркоман, больной туберкулезом, считал, что ему уже нечего терять. Можно пожалеть про себя, что так бездарно проматывают жизнь — за легкие деньги…

— Как определить то самое главное, что никак не должен забывать следователь?

— Не привлечь невиновного. Бывают случаи, когда трудно доказать вину, но есть совокупность косвенных доказательств. Их никак не отбросить. Детально разбираешься, и когда картина сложится, испытываешь моральное успокоение. То же самое ведь и со свидетелями. Менять показания для них сейчас чуть не норма. Я понимаю, что участие человека в уголовном деле — всегда большой стресс. И все же куда мы уйдем, если все будут лгать? Тем более по делам о бандитизме, о крупных хищениях, в том числе бюджетных средств. Мы в округе расследуем тяжкие, особо тяжкие преступления, совершенные в составе преступных групп. Санкции по таким статьям высокие, приходится очень кропотливо вести следствие, чтобы не допустить ошибку. По организованным сообществам тоже хлопот много: доказать распределение ролей, участие каждого… Много очных ставок, следственные эксперименты на месте.

…Сейчас ушло в суд большое дело — восемьдесят томов -фирмы «Барнаулстрой», которое вела подполковник Нестеренко. Обманутых людей около тысячи, 180 эпизодов, сумма ущерба инвесторов — десятки миллионов. На одну квартиру при сдаче дома оказалось по семь-восемь претендентов. К уголовной ответственности привлекли генерального директора фирмы, главного бухгалтера и двух риелторов. Но главного действующего лица, заместителя гендиректора, не нашли, скрылся. На него теперь остальные всю ответственность пытаются повесить. Представьте, инвесторы платили не через кассу, а непосредственно заместителю директора, получая договор и справку.

— Вот кого жалеешь — доверчивый народ. И ругаешь несовершенное законодательство, в которое сейчас, правда, внесены поправки, — говорит Евгения Анатольевна. — Надо покупать не нулевой цикл, а вкладывать деньги, когда дом построен хотя бы до уровня восьмого этажа. Если начинать с нулевого цикла, не исключена вероятность, что деньги съест инфляция, строительство будет заморожено. С другой стороны, большинство дольщиков, продают свое жилье, чтобы вложиться в стройку. Дом в Барнауле впоследствии сдали. Первые инвесторы по суду получили право собственности, остальные остались с носом.

— Банальный вопрос, Евгения Анатольевна, все же преступление — случайность или следствие чего-то: образа жизни, воспитания, обстоятельств…

— Я убеждена, когда речь идет о деньгах, тем более о больших деньгах, то всегда все делается осознанно. Никого силком в группу, в банду не затянешь… И любая, казалось бы, случайность потом оказывается обусловленной, всегда что-то есть в основе.

— Можно ли говорить об особых женских качествах в работе следователя?

— Я не знаю. Контакт наладить, так это у каждого следователя свой подход, независимо — мужчина это или женщина, что бы там ни говорили об особенностях женского и мужского следствия. Порой недоверие возникает с самого начала. Приходится скрывать свои эмоции. А вопросы просто преследуют, идут с тобой домой, в магазин, повсюду. Работаешь и в выходные, сроки довлеют постоянно. Приходится выезжать в командировки по региону. Так и ребенок незаметно приучается к самостоятельности. А муж привык…

— Как изменились люди и их криминальные устремления за время вашей работы?

— Заметно больше стало экономических преступлений — в сфере компьютерных технологий, вексельного права, в кредитно-финансовой. Свежее дело. Один банк своим клиентам, взявшим кредит, после погашения посылал пластиковую карточку с приличной суммой. Вроде как поощрение, чтобы еще пользовались кредитом. А рассылались карточки по почте простым письмом, через почтовый ящик, даже не заказным. В одном письме пин-код, в другом — карточка. Сразу нашлись умники: просто изымали эти письма из ящиков. Мошенникам у нас фору давать нельзя…

— И еще вопрос, Евгения Анатольевна, почему так сложно раскрываются коррупционные преступления?

— Вы видели статистику приговоров в одной из газет? Допустим, взятка столько-то миллионов и должность — крупный чиновник. Наказание, допустим, год условно. А дядя Вася украл рыбу в супермаркете — два года «зоны». Первый момент: не все дела такие идеальные в доказывании, как кража в магазине. Трудно доказать умысел. Фигурант с помощью адвоката так сформирует алиби, другие обстоятельства, что доказательства его корыстного умысла в последующем нельзя использовать. И не мы определяем меру наказания… Бывает, в суде свидетели отказываются от своих прежних показаний. Бывают и следственные недоработки. Мы проверяем даже явки с повинной, где, казалось бы, сам обвиняемый во всем признался. Если потом откажется, то и явка перестанет быть доказательством его вины.

— Вам не приходилось испытывать давления на следствие? Мало кто из следователей об этом рассказал бы журналисту, хотя каждый хоть раз с этим столкнулся.

— Ну, что ж, расскажу. Растрата — несколько миллионов. Следствие вышло на заместителя генерального директора крупного предприятия. Он был арестован. Речь об изменении меры пресечения. Вам не прикажут, даже не попросят, вам могут сказать: «Рассмотрите вопрос». И ты понимаешь, что решить надо только положительно. А дело серьезное, скандальное, большие, длительные экспертизы проведены. И все насмарку? Ясно, что подследственный может скрыться, даже за границу. Дело развалится. Все зависит от принципиальности следователя. Приходится конфликтовать. Наше руководство, как правило, на защите следователя, стараются не передавать дело в другие руки. Так вот: то следствие шло год, днями и ночами. И этот год гендиректор провел в СИЗО. Суд приговорил его к пяти годам лишения свободы.

…Представляю, что еще могла бы рассказать про «крутые повороты» подполковник Евгения Нестеренко. Но тайна следствия действительно существует. До поры до времени…

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.
VN.ru обязуется не передавать Ваш e-mail третьей стороне.
Отписаться от рассылки можно в любой момент
Поделиться:
Копировать