Эхо давних взрывов

Новосибирские парламентарии предложили Правительству РФ расширить список граждан, которые могут получить статус пострадавших от воздействий ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне.
Областные депутаты выступили с законодательной инициативой в поддержку жителей региона, пострадавших от деятельности Семипалатинского испытательного ядерного полигона

Новосибирские парламентарии предложили Правительству РФ расширить список граждан, которые могут получить статус пострадавших от воздействий ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне. Правительство региона инициативу поддержало. «Это действительно проблема — за последние три года из 1 200 граждан, обратившихся за получением этого статуса, льготы смогли получить 663 человека», — комментирует сложившуюся ситуацию Раиса Ануфриева, заместитель министра социального развития Новосибирской области.

Обсуждение инициативы состоялось на заседании комитета по социальной политике, здравоохранению, охране труда и занятости населения Законодательного собрания региона. Председатель комитета Николай Мамулат уточнил, что суть проблемы в том, что в России список населенных пунктов, официально признанных пострадавшими от испытаний на ядерном полигоне, значительно меньше, нежели казахстанский. И существенно короче временной период, в который, как считается, проводились те испытания, что причинили вред здоровью граждан. Из периода в сорок лет — с 1949 по 1989 год, когда на полигоне проводили сначала наземные, а потом подземные взрывы, в Федеральном законе «О социальных гарантиях гражданам, подвергшимся радиационному воздействию вследствие ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне» говорится лишь о 14 годах — с 1949 по 1963-й.

Законные сложности
Поэтому получить социальную поддержку люди, чье здоровье было утрачено из-за семипалатинских испытаний, зачастую могли лишь в судебном порядке. В Новосибирской области было вынесено около 70 таких судебных решений.

— Люди проживали в месте, где они получали льготы, а после переезда к нам этих льгот лишались. Это заставляло их обращаться в судебные органы, в институты, которые у нас есть в Алтайском крае, чтобы там установить степень полученной ими радиации. Затем суд принимал решение, а мы на основании этих решений выдавали удостоверения. То есть цель нашего обращения к председателю Правительства РФ Дмитрию Медведеву — облегчить жизнь людей, — пояснила Раиса Ануфриева.

Цель благая — только официально пострадавшими от радиационного воздействия полигона признаны около полутора миллионов человек. Немало теперешних новосибирцев могут рассказать о собственных впечатлениях о жизни в Семипалатинске времен «активного полигона».

— Я родилась там, жила в этом городе двадцать с лишним лет. Помню: каждое воскресное утро лежишь на кровати, а тебя качает, люстра качается, фужеры в серванте звенят, — рассказывает Вера Ивановна. — Родители мои тоже оттуда, они застали первый, еще наземный взрыв. Тогда взрывной волной стекла в домах повыбивало. Мама вспоминает, что играла во дворе, а потом почему-то в канаве оказалась. Детям только смешно было. Никто тогда ничего не знал и не понял, а дозу все хорошую хватанули.

Как ни печально, жертвами полигона становятся и дети, и внуки, и даже правнуки тех, кто пережил взрывы. Спустя десятилетия после того, как семьи покинули ту территорию, обнаруживаются серьезные отклонения в здоровье, вплоть до инвалидности. Но связь болезни с полигоном еще нужно доказать.

Нелегкий путь
Первый подобный иск новосибирец выиграл в 2007 году. Анатолий Ефремов родился в 1952 году в городе Лениногорске, ныне Риддере, расположенном в 350 километрах от Семипалатинска, и прожил там до 1986 года. О состоянии его здоровья языком цифр говорить несложно: судя по анализу на содержание в костной ткани стронция-90, суммарно Анатолий Ефремов получил дозу облучения 35 бэр. Напомним, что безопасная доза облучения за условный период жизни в 70 лет должна составлять не более семи бэр — в соответствии со статьей 9 Федерального закона РФ «О радиационной безопасности населения». Однако получить право на льготы он смог лишь через суд.

Но в суд готовы идти единицы. Сотрудница одного из новосибирских вузов Екатерина Староверова рассказала, что, когда она попыталась попросить помощь в получении компенсации в своей организации, ей дали от ворот поворот, мотивируя это тем, что «таких семипалатинцев у нас пол-института». Детство и юность, проведенные в Усть-Каменогорске, сказались на ее здоровье не лучшим образом.

— Я была в то время маленькой и глупой и не понимала, что имеют в виду взрослые, когда говорят: «Нам все это еще аукнется». Теперь поняла. Если подхватишь какую-нибудь элементарную простуду — так это месяца на три как минимум. Врачи сначала просто разводили руками. А как узнали, что жила я в непосредственной близости от Семипалатинского полигона, все поняли, — рассказывает она. — И это действительно проблема, с которой люди живут и не знают, как им поступать. Все это очень непросто.

Вместе — понятнее
В Новосибирске есть как минимум две организации, занимающиеся проблемами людей, пострадавших от семипалатинских взрывов. Это Новосибирский комитет ветеранов подразделений особого риска во главе с испытателем спецвооружения Олегом Тарасовым и общественная организация «Союз Семипалатинск», которым руководит Елена Якубовская, защищающая интересы жертв полигона из числа гражданских лиц.

Олег Тарасов, работавший непосредственно на полигоне в семидесятых годах прошлого века, считает, что ему повезло — несмотря на третью группу инвалидности, сахарный диабет и тахикардию. Он разыскал сослуживцев и помог им получить льготы.
Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.