Как запрограммировать развитие экономики

Как запрограммировать развитие экономики
Вице-спикер Госдумы поделился воспоминаниями, как формировался перестроечный бюджет страны, и признался, что поставил рекорд выступления на трибуне

Первый вице-спикер Госдумы, член Высшего совета партии «Единая Россия» и председатель Олимпийского комитета России Александр ЖУКОВ в последнее время в Новосибирске частый гость — как ревизор спортивных объектов нашего мегаполиса, участник политических дебатов, советник по развитию экономики региона… Впрочем, положение обязывает, но за множественными должностями, как мы выяснили, пригласив Александра Дмитриевича на вечерний разговор в редакцию «ВН», он действительно неординарный человек.

Всё идёт из детства
— Александр Дмитриевич, судя по вашим регалиям, вы очень разносторонний человек: курируете реализацию Послания президента, межбюджетные отношения… И все же в большей степени ваше имя связывают со спортом. Это — приоритет?

— Все идет из детства. В четыре года дед научил меня играть в шахматы, в семь я занялся этим видом спорта уже профессионально и до сих пор играю, в том числе в составе команды Госдумы участвую в международных турнирах. Однажды мне даже довелось сыграть с легендарным Владимиром Крамником. А бабушка мечтала, чтобы я стал известным фигуристом, и привела меня на каток, где я получил первый юношеский разряд. Но мне больше нравилось играть в хоккей, а еще больше — в футбол. Я и сейчас играю раз в неделю.

Всегда мечтал, чтобы моя работа имела отношение к спорту. Так в какой-то мере и получилось. Конечно, самой яркой страницей стала Олимпиада в Сочи. Мне довелось участвовать в ее подготовке, в частности в продвижении сочинской заявки. Нам мало кто верил, говорили, что только сумасшедшие могут всерьез рассчитывать на то, что нам дадут проводить Олимпийские игры в субтропиках, что в Сочи нет никакой для этого инфраструктуры. Но мы много работали, и, конечно, поддержка президента сыграла ключевую роль.

— И все же своей профессией вы выбрали экономику…

— В 1973 поступил в МГУ им. М. В. Ломоносова на отделение экономической кибернетики, где нас учили программировать развитие экономики. Курс был сильный, из нашего выпуска вышли и многие члены российского правительства, и ученые, и успешные бизнесмены. Я после университета десять лет курировал сферу внешней торговли. Именно от нее в то время поступала существенная часть доходов государственного бюджета. Например, складной импортный зонтик можно было купить за границей оптом по доллару (60 копеек) за штуку. А в российских магазинах зонтики уже продавались по 40 рублей, и эта разница шла в бюджет. Минфин с Госпланом как раз занимались определением номенклатуры и количества товаров, которые нужно было приобрести за рубежом, чтобы получить максимальный доход.

В начале 2004 года я вернулся в правительство России, тогда его возглавлял Михаил Фрадков. В то время мы решали задачу удвоения ВВП и, кстати говоря, успешно ее решили к 2008 году.

Тот самый Жуков
— Вы на протяжении многих лет были депутатом Государственной думы —  и в перестройку, и в «лихие девяностые». Что можете сказать о том времени?

— Главная функция парламента — принятие бюджета. А казна у нас в 90-е годы была мизерной. В 1998 году бюджеты всей нашей страны и одного города Нью-Йорка были сопоставимы — чуть более 30 миллиардов долларов. Этого должно было как-то хватить и на оборону, и на образование, и на здравоохранение, и регионам надо хоть что-то выделить. Задача практически неразрешимая. Возникали споры, дискуссии, обсуждения шли в прямом смысле слова круглые сутки. Помню, как сотрудники аппарата спали в коридорах на диванчиках в ожидании тех вопросов, за которые они отвечали. А я, сам того не желая, установил рекорд продолжительности доклада. Я простоял на трибуне Государственной думы более 12 часов!

— Напоследок не могу не спросить: вы сын того самого писателя Дмитрия Жукова? Я в детстве, честно, очень любила его научно-фантастический рассказ «Рэм и Гений». Кстати, в чем-то пророческий.

— Да, мой отец Дмитрий Анатольевич Жуков — писатель. Он свободно владел английским и сербским языками, после войны начал переводить художественную литературу, например книги сербского писателя и драматурга Бранислава Нушича и английского писателя-натуралиста Джеральда Даррелла и многих-многих других. А потом и сам стал писать. Свою последнюю работу — биографический роман «Сны Шульгина» — он закончил, когда ему было 84. В прошлом году отца не стало.

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.