Бумажных дел мастер

Бумажных дел мастер
Новосибирец Павел НИКУЛЬШИН имеет необычное хобби: он складывает из бумаги фигурки животных, которые очень похожи на настоящих.

Откуда такая страсть и что самое приятное в столь кропотливом досуге, выясняла корреспондент «ВН».

Искусство по ксерокопии

На вопрос, откуда взялась такая склонность к бумажному зоопарку, собеседник демонстрирует  детские книжки с яркими иллюстрациями. На них — те самые динозавры, насекомые и прочая живность.

— В 1997 году мне в руки попала ксерокопия английской версии книги «Оригами для знатоков», и я сложил оттуда практически все, кроме разве что модульных шаров, — вспоминает Павел. — С тех пор древнее японское искусство приобрело еще одного поклонника в Сибири.

Поначалу постижение искусства оригами шло медленно. Это сейчас есть сайты, форумы, социальные сети и сообщества, тогда были только книжки. И еще —  катастрофически не хватало бумаги.  За счастье был даже  цветной лист для ксерокса... А ведь материал многое значит в оригами. Наш собеседник со знанием дела объясняет, что у каждого сорта бумаги есть свои плюсы и минусы. Мягкий лист стойко терпит складки, но хуже держит форму, у более плотного — другая проблема: фигурка получается «топорной». Конечно, чтобы сложить элементарную модель, сгодится и лист из школьной тетрадки, но для произведений искусства, к которым смело можно отнести работы сибиряка, бумага должна быть качественная.  Правда, у Павла есть свои хитрости при работе с упрямыми листами: где-то сбрызгивает водой, чтобы придать форму модели, или смачивает, а потом  постепенно высушивает, чтобы добиться правильной формы.

Зарядка для мозга
Много у мастера и других профессиональных секретов, например, некая спонтанность.

— Некоторые авторы утверждают, что невозможно сделать сложную модель, детально не продумав ее заранее. Приходится это опровергать — большинство моделей я придумал с одной–пяти попыток, — говорит Павел.

Правда, у такой быстроты есть и обратная сторона. Оригамист настолько быстро  собирает модель, что не успевает запомнить, как это получилось.
И дело тут вовсе не в плохой памяти. Количество операций легко может перевалить за сотню. Павел признается, что по этой причине процесс записи пошаговых схем дается ему труднее, чем изобретение чего-то нового.

Впрочем, негласный кодекс оригамистов предписывает делиться собственными творениями. Так что как минимум раз в год мужчина пересиливает себя и принимается за чертежи своих работ.

— Над некоторыми фигурами работаю по полгода. Иногда бывают заминки с созданием отдельных моделей — до нескольких лет, но это скорее по принципу: если я это сделаю, то мне не о чем будет мечтать. Вообще у каждого оригамиста, который чего-то добивается, вырабатывается свой стиль. К примеру, если бы по моей схеме работал другой человек, то та же самая фигура вышла бы совершенно иной, более геометрической по форме, с более четкими линиями сгиба. Поэтому мне иногда говорят, что модели у меня получаются какие-то мятые. Но именно такими я и стараюсь их сделать, так они выглядят почти живыми.

Увы, бумажные фигурки — совсем не прибыльное хобби. Единственные его дивиденды, как признается мастер,  — это эстетическое удовольствие и интеллектуальная зарядка.

СПРАВКА
Оригами называют японским декоративно-прикладным искусством, хотя считается, что появилось оно в Древнем Китае, где и была изобретена бумага. Первоначально оригами использовалось в религиозных и свадебных обрядах. В творческом «багаже» оригамиста Павла Никульшина более 200 авторских моделей динозавров, насекомых, рептилий, морских раковин и многого другого.

Подпишитесь на нашу новостную рассылку, чтобы узнать о последних новостях.